Таежный гамбит

— Как?! — подскочил Острецов.

— От него убежал боец Струда, якобы посланный с донесением от Белявского.

— Точно ли убит? — выпытывал Острецов.

— Точнее не бывает! — кивнул Файхо. — Даже шинель генеральскую с собой прихватил на память.

— Та-а-ак, — протянул Острецов, но тут же вскочил на ноги и стал обнимать парня: — Но ты ведь понимаешь, Файхо, что это значительно упрощает нашу задачу?! Теперь без командира они, как без головы, по крайней мере, первое время — это уж точно! Ну а там… Там и мы обрушимся им, как снег на голову! Только вот с этими покончим, — он кивнул наружу, немного подумал и все так же возбужденно продолжал: — Значит так, скачи к Струду немедля! Скажи ему: пусть удерживает Белявского, сколько может.

"— Степан Сергеич, не посылай меня обратно, — взмолился Файхо и собрался упасть на колени, но Острецов поддержал его.

— Что случилось, Файхо? — удивился он.

— Ничего не случилось, Степан Сергеич, — зачастил Файхо скороговоркой.

— А ты не хочешь поучаствовать в разгроме мятежников? — пробовал убеждать парня Острецов.

— С ним не хочу, с тобой хочу, — упирался Файхо. — У него я уже научился всему, чему можно. Струд спокойный, осторожный, а я хочу учиться воевать по-настоящему — смело, внезапно. Хорошо воевать. Как воюешь ты.

— Ладно, оставайся, — пряча улыбку, махнул рукой Острецов. — Учиться, значит, хочешь?

— Очень! — прошептал Файхо, преданно глядя на кумира.

— И всю жизнь отдашь за советскую власть?

— Всю отдам, — кивнул парень.

— Ну ладно, ничего не попишешь, — согласился Острецов и вышел в ночь. Приказав одному из бойцов срочно лететь к Струду, он вернулся в палатку:

— Наверное, и задания себе хочешь поответственнее?

— Хочу.

— Тогда вот какое. Ты по склонам лазать умеешь?

— По горам, что ли? — спросил Файхо.

— Ну да, по горам, по скалам, по склонам!

— Лучше всех!

— Молодец! Тебе бы в цирке… Слушай, а может, когда война кончится, определить тебя цирковым артистом? Поверь мне, участь военных не так сладка, как тебе кажется…

— Нет, — покачал головой Файхо.