Таежный гамбит

Его разведчики притаились на противоположном от села берегу Амура и стали наблюдать за происходящим. Им повезло: около полудня разведчики увидели, как от противоположного берега отчалила лодка, в которой сидели пять человек. Было ясно, что эти люди, преодолев реку, углубятся в тайгу. А раз так — значит подчиняться будут законам тайги, которые Файхо знал с детства. Струд сказал, что они пойдут к озеру Эворон. Значит — пойдут именно тем путем, которым пришли сюда они. Это был самый лучший и удобный путь к озеру.

Оставив в засаде одного из бойцов с лошадью, привязанной в овражке, Файхо собрал отряд и ускоренным темпом двинулся обратно. Он смекнул, что самое удобное — держаться чуть впереди белых. В настоящем положении это означало отступать. Так он и держал противника двое суток в неведении, что за ними из-за каждого куста наблюдает по меньшей мере одна пара очень зорких глаз.

А когда своим таежным чутьем понял, что пришла пора хватать дичь — устроил белым засаду возле небольшого утеса вблизи эворонских болот…

Но вместо отряда Струда Файхо застал в лагере лишь одного связного.

12"

"— Ваше превосходительство, к вам курьер от капитана Белявского! — часовой вошел в штаб и щелкнул каблуками.

Мизинов настороженно посмотрел на Яблонского, но в лице начальника штаба светился восторг.

— Бог ты мой! — не сдержался он. — О таком успехе можно было только мечтать!

— Где он? — сдержанно спросил у часового Мизинов.

— Их благородие чаю попросили с мороза, долго добирались, — ответил тот.

— Он один?

— Так точно, один, ваше превосходительство!

— Пусть согреется. Потом пригласите! — сухо приказал Мизинов. Часовой вышел.

— Ну что, Александр Петрович, нежданно-негаданно? Удача сама в руки идет? — Яблонский откровенно радовался.

— Подождите радоваться, Евгений Карлович, — нахмурился Мизинов.

— Простудились от здешних ветров. Встретили красных и были ранены… Да мало ли что могло случиться, Александр Петрович!

— Случиться могло, действительно, что угодно. Но что именно случилось?

— Вы полагаете…

— Евгений Карлович, мы, можно сказать, в тылу врага, — оборвал начальника штаба Мизинов.