Счастье по-драконьи

– Или все-таки позволишь продолжить? – Тейдж лукаво улыбнулся и, наклонившись ко мне, хрипловато и как-то очень интимно шепнул: – М-м-м, недотрога моя?

– Продолжайте, – буркнула я, чувствуя, что меня в очередной раз переиграли. По всем позициям.

Ну ничего, посмотрим, кто из нас будет смеяться последним… самоуверенный мой.

Ой, то есть не мой. Ни в коем случае не мой. Приходят же такие глупости в голову.

Тейдж снова потянулся ко мне, но не стал дотрагиваться, остановился, не донеся руки до щеки. Замер, словно к чему-то прислушивался.

Стиснула зубы, с трудом сдерживаясь, чтобы не отбить в сторону его руку – сама ведь разрешила. Хотелось вырваться, уйти, и в то же время – сидеть так вечно, чувствуя прикосновение этих пальцев. Сильных… Горячих… Жестких и в то же время – удивительно нежных.

Создатель, о чем я думаю?

Впервые в присутствии мужчины меня разрывали столь противоречивые желания.

Лицо начало гореть – то ли от смущения, то ли от предвкушения, то ли от близости мужской ладони.

А этот дракон, совершенно бессовестный, как и полагается их породе, все медлил, точно издеваясь. Одно слово, нелюдь. И когда мое терпение почти иссякло, он вдруг провел рукой по моим волосам, медленно и неожиданно ласково, хрипло выдохнул, на мгновение прикрыл глаза и отстранился. Потом вскинул вторую ладонь и…

Меня омыло живительным жаром. Незримое пламя пробежало по одежде, телу, впиталось под кожу, очищая, наполняя силой и свежестью.

Первым чувством было возмущение. Совершенно справедливое, между прочим. Тейдж мог все сделать, не касаясь. С самого начала! Тогда какого облезлого хоста дразнил меня и устроил все это представление?

– Вы… Вы… – вскинулась я сердито и не договорила, окончательно поняв, что магистр только что сотворил.

Благодатный огонь!

Это же… это… Редчайший навык. Высший уровень владения стихией. Архимагов, способных вызвать благодатный огонь, единицы. А Тейдж сейчас использовал его так легко и просто, всего лишь чтобы почистить одежду, «умыть» меня и немного подлечить.

На смену негодованию пришло искреннее восхищение адепта перед мэтром. Я порывисто наклонилась вперед и выпалила, прежде чем осознала, что говорю:

– А какая у вас скорострельность?

На вполне невинный, я бы сказала, ученический интерес Тейдж прореагировал чрезвычайно странно.