Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

– Пусть Кир сейчас же явится ко мне!

Молодой Кир встретил вестника очень спокойно. Он только что сошел с коня, вернувшись из дальней поездки – он ездил вербовать войска. Кир стоял в простой кожаной одежде, в грубом плаще из толстой шерсти, который так хорошо защищает в непогоду, – он в то время еще не знал роскоши и не стремился к ней. Только ножны короткого широкого меча, висевшего у него, по персидскому обычаю, на правом боку, сверкали золотом и дорогими камнями.

Кир выслушал приказание царя Астиага. Явиться в Экбатаны во дворец с семью зубчатыми стенами и там умереть мучительной смертью.

В черных глазах Кира засветилась насмешка, похожая на угрозу.

– Передай царю Астиагу: Кир придет к нему, и даже раньше, чем царь того желает!

С трепетом принес вестник царю эти дерзкие слова. И Астиаг тотчас приказал мидянам готовиться к войне.

Мидия встревожилась, зашумела.

– Ты не придешь! – повторял Астиаг, грозя Киру. – Тебя приведут ко мне!

Он еще не знал, как накажет Кира.

"Со всех сторон Мидии шли в Экбатаны отряды воинов, вооруженных мечами, стрелами и копьями. Готовили обозы с продовольствием. Сгоняли скот, который на войне должен следовать за войском.

Чтобы подготовиться к походу, понадобилось немало времени. Целый год прошел в этих сборах и приготовлениях. Астиаг хотел хорошенько снарядить свои войска, чтобы сразу усмирить восставшую Персию.

Но и через год Астиаг не тронулся с места.

Однако время шло, а персы по-прежнему отвергали власть Астиага.

Надо начинать войну. Мидийские войска готовы. Но кого же назначить полководцем?

И тут боги помрачили рассудок царя – он назначил своим главным военачальником Гарпага.

Гарпаг не стал медлить. Он тут же повел войска на персидскую границу.

Царь, глядя из-за золотых зубцов своей крепости, как сверкают под солнцем копья уходящих солдат, сжимал бескровные губы от затаенного торжества. Скоро эти войска вернутся обратно.