Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Воины Леонида, все триста в пурпуровых плащах, запели пеан, военную песнь, и покинули Спарту. В пути к Леониду присоединялись отряды союзных войск: локры, фокийцы, тегейцы, аркадяне, коринфяне, пелопоннесцы… Союзникам сказали, что это идет пока только передовой отряд Спарты и что следом двинется могучее спартанское войско.

Отряд шел быстрым шагом. Леонид был спокоен. Его, как всякого спартанца, с самого раннего детства готовили для войны. Теперь наступил час выполнить свой долг перед родиной. У него не было страха, он знал свою силу и свое военное умение.

Но когда на их красные плащи легла тень тяжелых фермопильских скал, Леонида охватило недоброе предчувствие. На мгновение ему показалось, что его отряд вступил в темное царство смерти…

Спартанцы шли по неширокой дороге между морем и Трахинской скалой. Дорога становилась все ýже, все теснее. Скала прижимала их то к морю, то к болотам. Клокочущий шум горячих источников, падавших с гор, заполнял теснину, мешаясь с шумом моря.

– Вот клокочут! – засмеялся Леонид, стараясь рассеять гнетущее впечатление. – Недаром здешние жители называют эти места хитрами[143]. Право, это и в самом деле хитры, в которых варят похлебку!

Отряд миновал селение Альпены, откуда им назначено брать съестные припасы. Дальше началось самое узкое место Фермопил: по дороге между скалами и морем могла пройти лишь одна повозка, а со встречной негде было бы и разминуться.

Поперек дороги стояла старая, полуразрушенная стена. Эту стеку когда-то, в давние времена, построили фокийцы, защищаясь от враждебных племен. Тогда же они направили со скал горячие потоки на дорогу, чтобы сделать ее непроходимой.

Леонид остановил войско:

– Здесь мы будем ждать Ксеркса, стена будет нам защитой.

Запылали костры, зазвучали голоса. Ущелье наполнилось теплотой человеческой жизни.

На другой же день эллины принялись восстанавливать древнюю стену.

А в это время царь Ксеркс уже шел к Фермопильскому проходу. Он шел по берегу Малийского залива. Войско его растянулось по всему побережью. Ксеркс с любопытством наблюдал за морскими приливами и отливами, когда волны то заливали ноги коней, то отступали далеко в море, обнажая прибрежную гальку. Иногда к дороге подступало болото, заросшее желтыми и белыми цветами. Стоящие впереди горы, казалось, замыкали путь.

– Как называются эти горы?

– Трахинские скалы, царь.