Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Кто поручится, что он теперь не поднимет против царя доверенное ему войско? И разве не замышлял он уже и раньше, по словам Филоты, убить Александра, договариваясь с Гегелохом?

– Измену надо уничтожить с корнем, – сказал на тайном совете Кратер, – иначе будут тяжелые последствия.

Все согласились с Кратером. Кратер высказал то, что царь и сам уже считал неизбежным.

– Пусть будет так, – сказал Александр, утверждая смертный приговор Пармениону, человеку, который уже давно тяготил его и мешал ему.

На рассвете, когда небо чуть позеленело на востоке, из лагеря выступил отряд арабских всадников на быстроходных дромадерах.

Возле Экбатан, когда уже никто не мог ни подстеречь, ни остановить их, всадники сбросили белые арабские бурнусы. И уже в своих македонских одеждах въехали в город.

Стояли ясные, безветренные дни. В такие дни отчетливо видны очертания гор и лесá, косматым плащом спадающие по склонам.

В такие дни Парменион любил бродить в садах старого дворца индийских и персидских царей. Все было дано для счастья – тишина, безопасность, роскошь дворцовых покоев, прелесть мидийской природы, слава, известность, почитание, власть…

Но Парменион был печален.

Это была печаль о погибших сыновьях. Двое сыновей его умерли… Оба молодые… Их ждала жизнь, полная славы, а они умерли даже не в бою – Гектор утонул в Ниле, Никанор умер от болезни.

Это была печаль старости, которую он здесь, в Экбатанах, начал отчетливо и болезненно ощущать. Ни красота женщин, ни богатство, ни разгульные пиры, похожие на те, что шумели при царе Филиппе, не волновали его. Как много отнимает старость у человека и как мало дает взамен! Что она дает? Спокойствие чувств, равное холодному безразличию. Груз воспоминаний, тяготящий сердце.

Парменион присел на каменную, согретую солнцем скамью. Прекрасная лиственница раскинула над ним светлую шелковую хвою, пропуская рассеянный солнечный свет.

…А старики молодым очень нужны, молодые сами не понимают этого. Для совета, продиктованного жизненным опытом, для помощи, для руководства…

Впрочем, может быть, это кому-нибудь и нужно. Но не царю Александру.