Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

На пути к Триполису[75] Александра встретило пышное посольство. Это были послы большого города Арада. Сын правителя Стратон вручил Александру золотой венец. Вместе с золотым венцом он отдавал во власть Александра и всю Арадскую область.

Александр собирался въехать в Арад на коне. Но оказалось, что город стоит на острове, в двадцати стадиях от материка.

«Кругом скалы, – думал Александр, с любопытством оглядываясь по сторонам, – и сам остров – скала. Однако домов на нем немало».

Ему захотелось осмотреть город. Несколько триер перевезли его туда с отрядом телохранителей.

Арад показался странным. Узкие улицы, высокие, из-за тесноты, дома. Дома глядели в глаза друг другу, окна в окна. Ни садика, ни клочка зеленой луговины – нет места.

– А где у вас река или озеро? – спросил Александр. – Откуда же вы берете воду?

– У нас нет ни реки, ни озера, – ответил Стратон, – а воду мы привозим с берега. Кроме того, у нас есть водохранилище для дождевой воды.

– А если война? К берегу же не подступиться?!

– Тогда добываем из пролива.

– Соленую?

– Нет, царь. У нас есть для этого воронки.

Царь захотел посмотреть и воронки. Свинцовые, с широким раструбом и кожаной трубкой вроде кузнечных мехов воронки опускались к источнику пресной воды, который был на дне пролива. Они нагнетали этими воронками воду. Сначала шла соленая, морская вода, а потом чистая вода источника. Так и добывали воду для питья, если нельзя было сойти на берег.

Все это было интересно и удивительно. Кругом о скалы острова плескалось море, шум его днем и ночью наполнял узкие улицы.

В каких только местах не живут люди!

Не задерживаясь в Араде, Александр прошел дальше по белым пескам побережья. В Марафе, богатом арадском городе, где были и вода, и зелень, Александр остановился на отдых.

И тут он получил от персидского царя Дария письмо.

«Царь Дарий – Александру» – так начиналось это письмо. В письме было много упреков. Царь Филипп с царем Артаксерксом сохраняли дружбу. Но Александр к нему, к царю Дарию, никого не прислал, чтобы утвердить с ним дружбу, а вторгся с войском в Азию и много зла сделал персам.

Александр возмущенно отшвырнул свиток. Письмо было и жалкое, и дерзкое.