Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Все-таки Линкестиец!

Тут же вспомнилась ласточка, которая, по словам Аристандра, предупреждала его. Потемнев лицом, царь приказал привести перса.

– Ты – Сисина?

Перс, худой, дрожащий, будто охваченный ледяным ветром, стоял опустив голову под грозным взглядом царя.

– Да. Я – Сисина.

– Зачем ты послан к Линкестийцу? Рассказывай все и говори правду.

Светлые глаза Александра, как кинжалы, пронзали Сисину. Ему казалось, что царь и так видит его мысли и скрыть их все равно невозможно.

– Великий царь Дарий получил от Линкестийца письма…

– Как попали эти письма от Линкестийца к Дарию?

– Их передал Аминта, сын Антиоха, тот, который бежал от тебя из Македонии к царю Дарию.

– Что велел передать твой царь Линкестийцу?

– Царь велел дать ему клятву, что… что если он…

– Ну?

– Если он… убьет…

– Ну?

– Если он убьет царя Македонского Александра, то великий царь Дарий отдаст ему Македонию.

Александр с минуту не мог произнести ни слова. Сисина, серый как пепел, неподвижно стоял перед ним.

– Ну? И еще что?

– А еще… что даст ему за это тысячу золотых талантов.

– Дальше.

– Всё.

– Что же ответил Линкестиец?

– Я не видел его.

Царь позвал стражу:

– Возьмите перса.

Александр тотчас созвал военный совет. Пока собирались его полководцы, он в раздумье ходил взад и вперед, тяжело ступая грубыми походными сандалиями по цветному персидскому ковру, взятому у Граника.

…Как он просил тогда пощады, как заверял! «Царь, защити меня, я ни в чем не виноват! Царь, я буду верно служить тебе!» Царь… А ведь Александр еще и не был тогда царем.

На совет Александр созвал только близких друзей. Те уже понимали, что произошло что-то страшное. А когда узнали, что произошло, возмутились.

– Я ему поверил, – сказал Александр, – я его простил. И разве я обижал его потом? Клянусь Зевсом! Он был моим этером, он был моим стратегом во Фригии у Геллеспонта. Теперь он командует у Пармениона фессалийской конницей. Как еще мне было возвысить его?

Этеры гневно зашумели.

– Что же мы решим, друзья? – спросил царь. – Как нам поступить с Линкестийцем?

Гефестион выхватил кинжал. Его нежное красивое лицо исказилось от ярости.

– Никакой пощады! Я сам убью его.

– Убить Линкестийца! – закричали этеры. – Никакой пощады изменнику!

– Убрать, пока не натворил худшего, – сурово сказал Черный Клит.