Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Лес кругом…

– Вот там-то мы его и настигнем! Ты прав, Главкия!

Клит был очень рад, что ему не придется сражаться с македонянином в открытом бою. Главкия прав: Александр, конечно, ринется в этот узкий горный проход! Ему больше некуда деться!"

"Иллирийцы и тавлантии послали свои войска занять ущелье. Они послали туда всадников, пращников, метателей дротиков и даже тяжеловооруженных. Приготовили могилу македонскому царю и его войску. И стали ждать.

Но Александр поступил совсем не так, как они ожидали.

Наступил час, когда все можно погубить.

Александр встал перед войском и потребовал полной тишины. Ему нужно было, чтобы каждый военачальник и каждый воин слышал его команду. Сегодня ошибаться нельзя. Тишина в долине наступила такая, что слышно было, как где-то на утесе шелестит под ветром осина. Войско замерло.

Александр выстроил свою фалангу глубиной в сто двадцать человек, и сто двадцать человек стояло в ширину. На каждом крыле фаланги он поставил по двести всадников.

– Выполнять мою команду молча и молниеносно! – Голос Александра был слышен всему войску. Обычно он говорил по-эллински, как и царь Филипп, и требовал того же от своих придворных. Но сейчас, когда смерть стояла перед их глазами, Александр командовал на родном македонском языке. Голос его звучал отчетливо, уверенно, непреклонно. И воины чувствовали, что сегодня только мужество полководца и безупречное выполнение его команды могут спасти их.

Команда была стремительной. Александр приказал гоплитам поднять вверх копья – и тотчас острия копий длинными огнями вспыхнули над войском.

– Взять наперевес!

Огни погасли – копья мгновенно взяты наперевес.

– Сомкнуть. Склонить вправо!

Копья сомкнуты, их жала смотрят вправо.

– Влево!

Копья сомкнуты и склонены влево.

– Фаланга, вперед! Фаланга, направо кругом! Фаланга, налево кругом!

Иллирийцы и тавлантии в изумлении смотрели, как с необыкновенной точностью и быстротой выполняет македонское войско разные маневры и построения.

А македонянин вдруг двинул вперед свое войско. Потом повернул фалангу влево, построил ее клином и сам повел на приступ.

Казалось, что македоняне идут на безрассудную гибель. Но они шли твердым шагом, ни одно копье не дрогнуло в руке, ни один конь не нарушил строя.

Подойдя ближе, македоняне, повинуясь команде царя, принялись метать дротики.