Сын Сталина

– Искандер Шах-заде, – начал малик Абдуррауф-хан, – мы пришли сказать тебе, что твои планы обороны позволили разгромить ангрези наголову. Мы почтительно склоняем голову, признавая, что твои советы мудры, а наши возражения были вздорны.

– А, – махнул рукой Белов. – Человек заблуждается, непогрешим лишь Аллах.

– Так! – хором поддержали его малики.

– Шах-заде, – продолжил старый вождь. – Мы решили, что наконец отыскали достойного хранителя святыни, что хранится нашим народом уже многие века. Вот: – И он с поклоном протянул Сашке нечто завернутое в белоснежный кусок тонкой шерстяной материи.

Юноша развернул свёрток и замер. На ткани лежал старинный почти прямой клинок в истертых кожаных ножнах безо всяких украшений, если не считать огромного неогранённого алмаза, вставленного на расстоянии пальца от устья. Сашка наполовину вытащил клинок и поражённо выдохнул: под светом звёзд льдисто сверкнул голубоватый литой булат.

– Это клинок нашего отца[296], – негромко пояснил Абдуррауф-хан. – Им он защищал наш народ от врагов и крепил рубежи наших земель.

Сашка молча приложил клинок к губам, потом ко лбу и низко поклонился маликам. За его спиной Буденный немного кашлянул и прошептал:

– Вот тебе, паря, и революционная шашка…

Но Александр вдруг решительно выпрямился:

– Я благодарю вас, достопочтенные малики, за бесценный дар, но… Этот клинок должен защищать землю пуштунов, а ведь я – не пуштун…

Несколько маликов подались вперед, желая возразить, но всех опередил Абдуррауф-хан.

– Паштун хайя на дай чи Пашто войи, хо хайя дай чи Пашто иэ зда да![297]

И все остальные склонили головы, выражая согласие со сказанным…

Белов вздохнул, снова рассыпался в цветистых благодарностях и хотел пригласить вождей и сардаров разделить с ними ужин, лихорадочно соображая, как сделать его праздничным, но оказалось, что церемонии ещё не закончены. Сикхские сардары подошли к нему, и один из них – дряхлый Дараджат Сингх, неожиданно цепко ухватил юношу за руку.

– Это – кара[298] Льва Пенджаба[299] – проскрипел он высоким надтреснутым голосом. – Он взял этот город, а ты отстоял его, молодой наследник Великого Северного Раджи. Да будет чиста твоя карма и велик твой путь.