Свой — чужой

Вообще-то на пост положено иметь три машины и человек восемь «грузчиков». Но на «положено» очень часто положено с прибором — так уж принято в России. Поэтому у Будашкина было всего два транспорта и четыре «пехотинца».

Штукина выкинули из машины на Кантемировской, так как вчетвером на заднем сиденье «восьмерки» неудобно, а забраться на колени к впереди сидевшему Будашкину — и вовсе неприлично. «Семерка» с объектом проехала по проспекту Маркса и обратно и тихо вкатилась во двор дома 76. Валеру подобрал Ходырев и добросил до подворотни:

— Опять тормозишь?

— Наше дело поросячье, — огрызнулся Штукин, выскочил из машины и из-за угла арки дома увидел, как объект Сова и двое его знакомых заходят в парадную.

— Экспедитор с тарой вошли в 76-й склад вторым входом, — сообщил Валера.

— Грузчик, вернись и возьми рыбу[62],— скомандовал ему Ходырев."

"Штукин быстро побежал обратно к «девятке» и взял удочки, лежавшие в багажнике, уже открытом механиком. Валера скинул свитер и снова побежал к парадной, возле которой уже крутились двое его коллег — Коля Брагин и Лариса Дроздова.

— На окна смотрим аккуратно! — машинально сказал Валера и больше самому себе, но Лариса, работавшая в «наружке» четвертый год, саркастически рассмеялась и громким шепотом поинтересовалась у Брагина:

— Коля, это, наверное, очень большой начальник?!

— Очень большой, Лара. Оч-чень, — в тон ей откликнулся Брагин.

Штукин закусил губу и вошел в подъезд. Два спиннинга на плече должны были придать ему имидж рыбака или просто успокоить тех, за кем они следили, — как правило, такие детали отвлекают и расслабляют.

— Груз с тарой на втором этаже, — тихо сообщил Штукин своим.