Свой — чужой

Отдельные стоявшие на столике предметы долетели до потолка, а высота потолков в этой квартире составляла четыре метра двадцать сантиметров. Разлитая по четырем рюмкам лимонная водка пролилась на пол липким дождичком.

— На пол, суки! — гаркнул на хорошем драйве Сибиряк. — Лежать! Расфасую так, что в медсанбате не запломбируют! Рогами в пол!

Эти простые и ясные команды начали исполняться, но как-то медленно и неуверенно, без огонька.

Поэтому Крендель выдал одному из этой троицы (по виду — также американцу) мощный пендель, отшвырнувший жертву лбом в буфет.

Двое его собеседников легли на пол, правда, один при этом хмуро буркнул:

— Хотелось бы знать, чем прогневали?

— С какой целью интересуешься? — подскочил к нему Сибиряк, а Крендель гордо выпятил грудь:

— Это налет!

— Мы понимаем, — спокойно откликнулся парень — как-то даже слишком спокойно…

Квартиру Крендель и Сибиряк обшмонали быстро.

— Ты че, рехнулся?! А мы? Мы же тоже надышимся!

— Действительно, — согласился Крендель и шагнул к двум лежащим рядком спекулянтам: — Эй, плесень! Гроши где?!

— А самородок с кулак размером не подойдет? — хмыкнул в ответ тот, кто до сих пор еще не проронил ни слова.

— Ну а ты чего притих, гость города трех революций? Обиделся, что ли? Ой, какой у тебя клифт козырный! Сымай! Днем шубки ваши — ночью наши!

Иностранец безропотно снял с себя понравившуюся налетчику куртку.

— Ну до чего вы жадюги! Не жмись ты, у вас там этого говна — на каждом углу…

— Знаю, мать писала! — на чистом русском языке вдруг откликнулся «американец».

Крендель от неожиданности даже рот открыл:

— Так ты… Наш, что ли?

Двое русских спекулянтов оторвали головы от пола с неменьшим удивлением.