Свидетель, не увидевший свет

 – Точнее, по человеческим, так сказать, запчастям. А все, что вокруг – следы шин, земля, камни, сумки и прочая неживая природа, – не по моей части.

– Если бы убили в другом месте, а здесь хотели просто скрыть тело, не стали бы бросать рядом с берегом, – с задумчивым видом заметил Метелицын. – Поглубже бы погрузили. А так тело и не утонуло, на мели плавало, хотя одежда намокла и потяжелела.

– Ноги боялись замочить, – снова усмехнулся Волгин.

– И все равно сумку надо поискать! – упрямо повторил Панов.

– Вот ты и поищи, – тут же услужливо предложил Волгин.

– Ага, – криво усмехнулся Панов. – Как патологоанатом… Вот я к вам на прием и попаду на стол после такого закаливания – прямиком на холодный стол. Тут водолазов вызывать нужно.

"Волгин смерил сержанта оценивающим взглядом. Губы у него были синеватыми от холода, и дрожь еще не прошла, а все-таки держался, старался вникнуть в работу, советы вон даже давал. Пожалев парня, достал из кармана пальто плоскую фляжку, отвинтил крышку, наполнил ее и протянул сержанту:

– На! Выпей, а то, не ровен час, мы с тобой и впрямь вскоре у меня в морге встретимся.

Панов залпом глотнул пятьдесят граммов обжигающей жидкости, закашлялся и с трудом выдохнул:

– Ничего себе…

– А то! – невозмутимо отозвался эксперт, завинчивая крышку.

– Почему? – не понял Панов.

– Потому что на него рецепт нужен. Так что пользуйся добротой дяди Юры! – Он хлопнул Панова по плечу и обратился к Метелицыну: – Ну, что там, ты с тряпками-сапожками закончил? Можно теперь специалисту поработать?

– Давай, – выпрямляясь, сказал Метелицын, но далеко отходить не стал, наблюдая, как Волгин разложил на земле свой чемоданчик и открыл его.

– Так можно нам уже домой? – жалобным голосом напомнил о себе Говорухин.

– Сейчас. Панов! Оклемался? Так, возьми у гражданина все данные, перепиши показания и можешь отпускать, – распорядился Метелицын, продолжая следить за действиями Волгина, который светил узким фонариком в лицо девушки, осматривая ее глаза. – Слушай, а что у нее так живот увеличен? – заинтересовался он.