Свидетельница

– Ты его у меня месяц назад забрал посмотреть, – кивнула Ксюха. – Посмотрел?

– Посмотрел.

Женя открыл альбом и придвинул его к нам.

Знакомый снимок – БТР, девушка-чеченка, солдаты. Вадик выделяется из общей массы своим сытым лицом."

"– Свет, кажется, ты тогда обратила внимание, что взгляд у девушки диковатый?

– Ну… – припоминала я. – И что?

– Я тут с ребятами, сослуживцами Чернова, перетер это дело. Они мне про эту девушку много интересного рассказали.

– У Вадика с ней что-то было? – догадалась Ксюха.

Женя усмехнулся.

– Когда одно село зачистили… ну, освободили от бандитов, Вадик эту девушку поймал, изнасиловал. Она одна в полуразрушенном доме жила. Ну, он ее с собой забрал.

– Куда? – спросила Ксюшка.

– Она у него в бэтээре как наложница жила. Они ее с собой кругом возили.

– Как это? – Я невольно отодвинула от себя альбом.

– Так это, – с нажимом ответил Женя. – Возили, пользовались.

– Выкинули, – поправила Ксюха.

– Можно и так сказать, – согласился Женя.

Я молчала. Во мне вибрировало чувство, которому больше других подходило слово «омерзение». Непонятным образом в зону вибрации этого моего чувства попадал не только покойный Чернов с сослуживцами, но и Женя с его циничным повествованием. Омерзение растекалось по комнате волнами.

– Свет, что с тобой? – заметил Женя. – Тебе плохо?

– Какая мерзость, – наконец выговорила я. – Гадость…

– Это война, – пожал плечами Женя.

Я почувствовала тошноту.

– Гадость, гадость, – как заведенная, повторяла я, чувствуя приступы удушья.

– Ты бледная какая-то, – заметила Ксюха.

Женя отбросил альбом, сел передо мной на корточки, взял за руки.

– Э-э… да у тебя руки ледяные. Может, чаю?

– Жень, отстань, пожалуйста! – раздраженно отмахнулась я. – Все в порядке.

– Свет, ты слишком чувствительна, – угрюмо промолвила Ксюха с дивана. – Так тебя надолго не хватит.

– Вот именно, – подтвердил Женя.

– Нет! – Я вскочила. – Это вы делаете жизнь грязью!

– Вы – это кто? – уточнил Женя.

– Такие, как Вадик, как ты!

– Ну, спасибо… – Женя поднялся. – Мне всегда казалось, что я-то как раз пытаюсь эту грязь разгрести, – сказал он.

– Нет, нет, Женечка, не слушай ее! – заверещала Ксюха. – Она не в себе! Светка, выпей валерьянки!

Ксюха в момент протрезвела, вскочила. Обхватила Женю обеими руками, а ногой делала мне знаки.