Связанные Зоной

— Уже поздно, все устали, — сказал примиряюще Кремень. — Сейчас надо обустроить ночёвку и хорошо отдохнуть. Предлагаю так: Филин пускай найдёт чистую комнату на втором или третьем этаже и приведёт там все в порядок. Антон готовит ужин. Я пойду ставить сигналку, а ты, Мякиш, займёшься чисткой оружия. Есть возражения?"

"Филин молча поднялся и пошёл к лестнице. Хмурый Антон начал развязывать мешки.

— Парни просто меняются на глазах! — хмыкнул Мякиш.

* * *Когда за окном ещё только начало смеркаться, все уже было готово к спокойному ночлегу.

Вокруг здания и на каждом этаже выставлены сигнальные датчики, все двери забаррикадированы, дополнительные нагромождения остатков мебели и прочего мусора блокируют лестницы. Оконные проёмы забили досками, а дыру в стене под самым потолком, наоборот, расширили для выхода дыма. Из сидений старых мягких стульев соорудили три постели, в центре организовали импровизированный очаг и заготовили целую кучу деревянных обломков для костра.

— Что ж вы такие все кислые? — вопросил Мякиш, устроившись возле огня с кружкой горячей воды в руке.

 — Все дела завершены, от последней атаки отбились почти без потерь, завтра вон к Периметру двинем. А там уже и домой…

— Кому домой, — мрачно сказал Филин, — а кому и не домой. Мож, договоримся, а? Кремень, давай ты меня просто отпустишь, и все. Я начну честную трудовую жизнь, брошу пить и курить — только не надо меня закрывать на замок.

— Нет, — покачал головой сталкер. — Извини. На кону жизнь моего сына. А тебе я просто не верю.

А даже если б и верил — слишком велик риск, что попадёшь в какую-нибудь историю.

— Ну и козёл, — откомментировал Филин и лёг на свою постель лицом к стене. — А ты не задумывался, что, если с пацаном чего случится, у меня тоже проблемы будут? Он же, наверное, шустрый у тебя, лазит везде, по стройкам шарится, дорогу перебегает где не надо… Что будет со мной, если он сам найдёт себе приключений? Ему хорошо, у него вон какой защитник. А у меня вот нету такого папаши, чтоб приехал и рыло тебе за меня набил…

— Давай я тебя пожалею, — грубо сказал Мякиш.

 — Есть у меня ещё пара ударов, которые я на тебе не отрабатывал. По-отцовски ввалю.

Филин поднял руку, показывая ему неприличный жест, и больше за весь вечер не проронил ни слова.

— Неспокойно мне как-то, — нахмурился Кремень. — Не то чтобы предчувствие какое, нет. Что-то другое давит. Один мозгоправ говорил, что не могу я без Зоны, что жизнь в обычном мире меня уже вряд ли устроит.