Связанные судьбой

Пусть и глубоко внутри, но должен же он быть обычным человеком из плоти и крови.

Шарлотта искоса посмотрела на него, пытаясь представить, как маркиз выглядит в минуты отдыха. Как вольготно он устраивается в мягком кожаном кресле, закидывает ноги в сапогах на стол. Сюртук и жилет измяты, манжеты расстегнуты, рукава закатаны до локтей. Он читает газету, время от времени потягивая бренди из бокала. Легкая щетина покрывает этот изысканно вылепленный подбородок, а его густые черные волосы виднеются в…

– Мисс Хайвуд!

Она вздрогнула.

– Да?

Гренвилл наклонился к ней и понизил голос.

– Могу сказать по собственному опыту, что кадрили – хоть иногда и производят впечатление бесконечных – все равно когда-нибудь заканчиваются. Поэтому вам лучше бы вернуться в бальный зал. И мне – тоже.

– Да, разумеется. Вы можете выждать минут десять, а потом пойти за мной. Тогда у меня будет время выдумать причину, чтобы вообще уйти с бала. Может, сошлюсь на головную боль. О, но у нас ведь впереди еще целых две недели! С завтраками все просто.

– Очередь за мной?

– Сослаться на недомогание. Или придумать какой-нибудь план. Я ведь не могу жаловаться на головную боль каждый вечер, пока мы здесь.

Маркиз подал ей руку, и Шарлотта приняла ее.

– Вы уверены, что не имеете на меня никаких видов? А то вы уже, судя по всему, принялись составлять мое расписание, словно мы женаты.

Шарлотта рассмеялась.

– Ничего подобного, поверьте мне. Не важно, на что надеется моя мать, я не разделяю ее намерений. Из нас получилась бы кошмарная пара. Я слишком молода для вас.

– Да, вы ясно это обозначили.

– И вы – образец пристойности.

– А вы здесь… И одна.

– Совершенно верно. И мое сердце открыто, а ваше явно…

– …на своем обычном месте.

Шарлотта не исключала, что оно погребено где-то за Полярным кругом.

– И главное, милорд, у нас нет ничего общего. Мы были бы словно два незнакомца, живущие в одном доме.

– Я маркиз. У меня пять домов.

– Но вы ведь поняли, о чем я, – заметила мисс Хайвуд. – Это обернется настоящей катастрофой во всех отношениях.

– Существование, отмеченное скукой и пронизанное страданием.