Святоша

– Прощение, – обратилась собравшимся после того, как клятва была произнесена, а я все же замерзла, да так, что превратилась в ледяную статую самой себя. Мой плащ никуда не годился, а теплое по меркам Хольберга платье с легкостью продували северные ветра. Губы плохо шевелились, в голове поселился холод, но все же… – Любовь, – продолжила я. – Сострадание. Когда трон вернется клану Кромундов, кровавого террора не будет. Все, кто был верен Тирингам, но перешел на нашу сторону, будут прощены…

– Тебе еще многому придется научиться, девочка моя, – сказал дед, обняв меня за плечи.

Встряхнул, пытаясь привести в чувство. – Да ты совсем замерзла! Кто же тебя выпустил в такой одежде в горы?! – посмотрел укоризненно на Антора, затем неодобрительно на Этара Хааса, после чего повел нас в большой дом, из дымохода которого валил пар. Н-наверное, там оч-чень тепло! – Как править страной, как удержать власть…

Вскоре я отогрелась и пришла в себя. Выпила что-то, от чего долго кашляла, а дед долго смеялся, заявив, что этот напиток ставит на ноги тех, кого коснулась ледяными дыханием Богиня Севера.

Сели за огромный стол, заставленный яствами. Скромными по меркам Юга, но роскошными для тех, кто привык жить на Севере, – с продуктами в Долине непросто. После трапезы настало время серьезного разговора. И я начала…

– Не может быть и речи, чтобы на трон взошел Антор Кромунд! – рявкнул дед на мое заявление и грохнул кулаком по столу.

Мои слова потонули в возмущенных воплях. Громче всех возмущался мой троюродный брат.

– Хорошо, – наконец, сдалась я. – Но вы должны будете мне помочь! Если мы победим… Когда мы побежим, – поправила себя, – я буду править, опираясь на Тайный Свет, в который войдут лишь самые близкие и самые преданные. И Большой Совет из представителей пяти провинций… И Магический Контроль, отчитывающийся напрямую перед…

Мы долго говорили о будущем, о том, что и как будет, когда Кемир вздохнет спокойно. Но когда это еще произойдет?! А пока что… Сперва надо победить.

Я вспомнила похожую беседу, состоявшуюся четырьмя днями ранее после того, как в ночном лесу у подножия Семи Холмов ар-лорды произнесли самую страшную свою клятву – страшнее не придумаешь.

Это было странная ночь, которая перетекла в странный день. День, в который все изменилось."

"Помню, как я едва разогнула спину, встав из-за стола переговоров, за которым мы просидели несколько часов. За ним присутствовали мои магистры, новоиспеченный король Аров, его младший брат и несколько Старейшин.