Святоша

Мне было все равно, кого Реми водил к лорду Дьезу, потому что…

– Скажешь ему, что Лайне Вайрис попала в беду. Умоляй о помощи.

Шаги, тяжелая поступь… Скрипнула половица. Я чувствовала, как сильнее забилось сердце. Амгерд возвращался, держа в руке свиток и еще что-то… Золотая цепочка, свисавшая с его ладони, блеснула в свете множества свечей. На улице лишь начинало вечереть, но после слов Гунрун Тьма нехороших предчувствий заползала мне в душу. Я все не могла поверить…

Тут Амгерд остановился рядом со мной.

– Твое наследство, Лайне Вайрис! – произнес он.

Сунул в руку свиток. Амулет – фиолетовый камень в золотом обрамлении – бросил на стол. Чувствуя, как начинает потряхивать от напряжения, коснулась пальцами камня. Магия… Он был заряжен магией! Правда, из-за снедавшего меня волнения, не cмогла разобрать, какой именно. От моих прикосновений камень потеплел, словно… Словно отвечал на ласку. Я почувствовала подушечками пальцев выгравированные буквы. Присмотрелась – «А» и «Х». Что бы это могло означать?

Разберусь, но не сейчас! Быстрым движением надела амулет на шею, почувствовав, как он греет кожу в скромном вырезе платья.

«Дорогая моя девочка…» Неровные, угловатые буквы, выведенные рукой отца. Я… Я узнала его почерк. Улыбнулась сквозь слезы. Отец никогда не ладил с каллиграфией! Решила, что не буду плакать. Не сейчас, не здесь! Сунула письмо в сумку. Позже, позже прочитаю…

– Спасибо, – сказала Амгерду. – Но это лишь часть наследства. Я хочу забрать деньги, которые отец вложил в предприятие восемнадцать лет назад.

Вернее, я собиралась положить их на свой счет в Королевском Банке Кемира. Открыла, когда приехала в Хольберг. В том же банке оставила расписки и векселя, которые не рискнула взять с собой, понимая, что сумма выходила внушительная.

– Зачем юной деве столько денег? – поинтересовался Амгерд.

Сел рядом со мной на лавку, брезгливо оттолкнул блюдо с рыбой. Дернул головой, будто отдавая кому-то молчаливую команду.

– Так что же ты собираешься делать с такой суммой, Лайне Вайрис? – переспросил ростовщик.

– Заложить храм Единоверы в Волчьем Долу, – на том самом месте, которое так любил дядя Никлас. – А еще заплатить за свое обучение.

– Магичка? – поинтересовался он.

– Нет, – вежливо ответила ему. – Куда мне?.. Травница.