Святоша

По его разумению выходило, что тот был мне больше братом, чем он сам, потому что в нас с Антором текла родственная кровь.

– Пусть и не мечтает, – возвестил Осгорн, явившись ко мне в гости. Вернее, на небольшой совет, состоявшийся в моей комнате, подальше от ушей магистров. – Это я тебя вырастил.

– Да неужели? – протянула я с сомнением. – Кого-то из нас явно подводит память!

– Он явился на все готовенькое, – ничуть не смутившись, добавил Осгорн. – Тоже мне, брат нашелся! Где он шлялся двадцать твоих лет?

Отношения у них сразу не заладились, а когда Рыж узнал еще и об «Ангихоре» и о том, что я – принцесса династии Кромундов…

– Умеешь ты удивлять, сестричка! Теперь я понимаю, почему они вокруг тебя вьются.

– Осгорн, не говори ерунды, – поморщилась я.

– Я-то замолчу, но вот ты… Ты тоже подумай, сестричка! Разберись, кто любит тебя, а кто собирается использовать.

– Прошу тебя!

– А я-то что? Конечно же, я пронесу твое оружие на твой Отбор. Брат я тебе или нет? Но знай, мне не нравится, что ты ходишь по этой своей Академии без присмотра! – и он тут же предложил сопровождать меня в качестве телохранителя.

Его идею мы с возмущением отвергли.

– Я за ней присматриваю, – сказала ему Сайари. – К тому же Академию хорошо охраняют.

Она задумалась, и мы принялись перебирать магистров, решая, кто из них сможет пройти на второе испытание, не привлекая внимания.

– Мой Антор, – подсказала Трисс. – Он как раз будет в комиссии на Отборе. Так что Осгорна преспокойно можно выдать за Антора Дьеза. Настоящего я отвлеку. Да так, что на второе испытание он опоздает. Если вообще появится!

– Как ты его отвлечешь? – удивилась я, повернувшись к подруге.

Мы сидели за маленьким столиком в моей комнате на втором этаже. Я недавно поменяла занавеси и передвинула мебель, и теперь это было розово-бежевое женское царство кружев и вышивки, устланное лоскутными одеялами, с запахом свежей выпечки и ароматного чая, что принесла Сайари, а еще духов, подаренных мне тетей Чарити. Среди этого царства с довольным видом восседал Осгорн, явно польщенный тем, что его пригласили в комнату, куда магистрам вход запрещен.