Святоша

Наш небольшой караван остановился в пятидесяти верстах от города как раз у большой развилки, от которой уходила дорога на север, в безопасную Центральную Провинцию.

– Стены Хольберга неприступны, – в который раз возразил ему лорд Дьез. – К тому же на подходе регулярная армия. Даже если и будет осада, то Мазгул все равно не возьмет город.

Хольберг строили на славу. Тридцать оборонительных башен, двойные стены в двадцать четыре локтя высотой, защищаемые отрядами лучников и боевыми магами, выпускниками одной их лучших Академий в Кемире.

Но с каждой верстой, приближавшей нас к Хольбергу, Светлый маг становился все мрачнее, и голос его звучал не столь уверено. Что тому виной – тревога за провинцию, охваченную войной, за собственную жизнь или же ментальный зов архимага Тангриха, призывавшего всех магов Кемира встать на защиту страны и удержать Хольберг, – этого я не знала.

– Скорее всего, не возьмет, – согласился магистр Шаррез.

 – Но Магзул очень постарается."

"Я переглянулась с Трисс. За последние дни мы привыкли к подобным разговорам. Армия отступала, Мазгул приближалась. Хольберг неприступен, но… Вздохнув, я нырнула в скипучую повозку и продолжила рассказывать подруге о том, что произошло в Волчьем Долу. Мы как раз остановились на последнем разговоре с Ди-Рез.

– Уезжай, – помню, сказала полукровка, вернувшись в мою спальню после того, как я вдоволь наобнималась с Милодарой и Реми.

 – Я присмотрю за всеми.

– Ди-рез, но… – я как раз собиралась объяснять полудемону, почему мне надо уехать. Оказалось, вовсе и не нужно. – Я вернусь, – пообещала ей.

– Зачем? – удивилась она. – Твоя судьба далеко от этого места. Здесь тебе больше нечего делать.

– Я еще не готова к таким переменам, – честно призналась ей.

«По крайней мере, приеду за Реми и Милодарой, – мысленно пообещала себе.

 – Осенью, перед началом учебного года».

Если решу учиться. Чем больше я думала, тем яснее понимала, что учиться мне все же надо. Магиня Сивисса дала мне очень многое, но официальное образование даст еще больше. Если я хочу помочь своей земле, при этом не дать ей выпить себя без остатка, то мое место – в гулких аудиториях Академии. Но в Волчьем Долу мой дом, люди, которых я любила, земля, на которой выросла.