Свежий ветер (СИ)

Но ведь каких-то несколько месяцев назад она стояла передо мною – живая и невредимая всего лишь с новыми красными шрамами, испещрявшими ее лицо.

«Лазарь». Слово эхом прозвучало у меня в голове. Это невозможно. Я был уверен, что она лежала в коме, возможно, не имела доступа к средствам связи. Когда она сказала «мертва», я и подумать не мог, что…

Тяжело сглотнув, я стиснул зубы. Джена всегда говорила, что думала, напрямую.

Я коснулся экрана планшета, останавливая это видео и открывая следующее, и моему взору предстала та самая женщина с холодными, серьезными глазами, которые сейчас лучились воодушевлением.

«Получается! Проект дает результат. Мы только начали, и он уже обошелся нам в миллионы, однако сегодня утром мы закончили работу над ее сердцем, и я рада сообщить, что оно бьется без помощи извне. Мы использовали ее собственные стволовые клетки, чтобы вырастить ткань, так что, за исключением нескольких усовершенствований, орган полностью состоит из органического материала.

Сейчас все кажется мне весьма многообещающим, хотя пока неизвестно, можно ли рассчитывать на подобный успех с мозгом. Как и ожидалось, на данный момент мы не обнаружили никаких признаков мозговой активности, но этой проблемой занимается целая группа специалистов, и у них имеются строгие инструкции. Разумеется, существует целый ряд вопросов, которые нельзя упускать из вида, занимаясь нейропрограммированием, но… мы подумаем над ними, когда придет время».

Женщина опустила взгляд, и на экране появилось новое видео.

Теперь я смотрел на левую руку Шепард – или, вернее, на то, что от нее осталось, пока Миранда объясняла, как нанороботы прилаживали искусственную кость на место обломанного предплечья. Следом запустилось похожее видео, показывающее такие же манипуляции с ногой.

С невероятной четкостью я вспомнил, как проснулся, прижимая ее к себе, как переплел пальцы наших рук, как касался татуировки, изображавшей пятерку крошечных черных воробьев, на ее запястье, которое теперь просто не существовало.

Я смотрел видеозапись за видеозаписью и постепенно начинал осознавать, что это тело, лежащее на операционном столе, на самом деле ее – то самое, что я обнимал всего за – я глянул на дату – месяц до того, как это было снято.

Время от времени я отстраненно улавливал такие слова, как «имплантаты», «улучшения» и «робототехника». Они воссоздали ее, сделали ее лучше, быстрее, сильнее.