Свежий ветер (СИ)

Может быть, я был так готов умереть только потому, что в глубине души знал – или полагал, что знаю – что Шепард вернется за мной? Но если ложь была необходима, я солгу ей.

- Хорошо, - произнесла Джена, совершенно неубежденная, – потому что… я знаю, что приняла верное решение для миссии. Мне просто нужно верить, что я руководствовалась правильным мотивами.

Вслед за этими словами возникла оглушающая тишина, и шов на моем боку начал болезненно пульсировать. Я ничего не мог прочесть по хмурому, замкнутому выражению на ее лице.

- Послушай, Шепард… - Я подошел ближе и облокотился о стену, в то время как Джена продолжала смотреть на спальные капсулы. – Позволь задать тебе вопрос. Ты доверяла Эшли свою жизнь? Ты доверяла решениям, которые она принимала как солдат?

Она облизнула сухие губы и тихо и серьезно ответила:

- Да.

- Ты доверяешь мне в этом же?

Шепард взглянула на меня с ничего не выражающим лицом, словно пыталась понять, к чему я клоню, прежде чем отвечать.

- Разумеется, да.

- Тогда ты должна понять, что мы оба пошли туда с тобой по своей воле.

Мы оба добровольно вызвались сопровождать отряд Киррахе. Я думал, что умру, и – да, мне это не нравилось, но я был готов. Мне казалось, что, по крайней мере, это хороший способ погибнуть. Эшли считала так же.

- К чему ты ведешь? – потребовала Джена ответа, словно ей неудобно было обсуждать это."

"- Я веду к тому, что… - я подошел еще ближе и облокотился о перила рядом с ней, - ты не можешь оставлять за собой право с такой готовностью бросаться в сам ад и жертвовать своей жизнью, но не позволять другим сделать такой же выбор.

Если ты считаешь, что тебе можно принимать подобные решения касательно твоей собственной судьбы, ты обязана верить, что и другие люди способны на это. Я велел тебе спасать ее, и я на самом деле подразумевал это. Когда Эшли сказала тебе возвращаться ко мне, она тоже подразумевала это. Позволь этому решению принадлежать ей. Она не ждала, что ты придешь и спасешь ее – она была слишком занята тем, чтобы уйти в ореоле славы, на этот раз настоящей. Ты не подвела ее, а думая иначе, ты не чтишь ее жертву, ты лишь делаешь из нее мученицу. Эшли Уильямс никогда не была мученицей. Она погибла героем.

Некоторое время мы молчали, а затем наконец она задумчиво посмотрела на меня.

- Я не понимаю, как тебе это удается, - сказала она тихим хрипловатым голосом.

- Удается что?

Джена вновь отвернулась.

- Ты можешь сказать лишь несколько слов, и я уже чувствую себя лучше.