Свет души твоей

- Чудно за всем этим наблюдать… И слышать чудно. – Шакс не сводил с нее своих темных глаз. – Я ведь о внешности говорил, а не о душевной простоте, а ты мне сразу проповеди читать…

- Чем важна внешность? Для чего она? Чтобы другим нравиться, чтобы соблазнялись тобой? А мне всегда хотелось, чтобы меня полюбили за то, что внутри. Так честнее. – Любаша говорила это тихо, со скрытой грустью, от которой у демона стало неуютно на душе. – Красота сойдет и держаться не за что будет. Да кому я это рассказываю? Ты ведь не знаешь, что такое любовь… Бедное существо, неприкаянное… Тыняешься по миру и голову притулить не к кому.

- Ты что меня жалеть удумала? – зло прошипел Шакс. – Кто ты, чтобы меня жалеть?! Меня, высшее существо!

Он отошел от двери и уселся на скамью, отвернувшись в другую сторону, а Любаша улыбнулась.

Обижается, ранят его слова, значит, что-то чувствует еще…

- Зайди внутрь. Ветер холодный, - услышала она его недовольный голос. – Заболеешь, помрешь, а мне перед Светочем потом ответ держать.

- Мне не холодно, - еще шире улыбнулась Любаша. – От алтаря теплом веет.

- Зайди, я сказал! – рявкнул Шакс и девушка послушалась. Скорее всего, ему не хотелось, чтобы она видела его сгорбленный силуэт. Неприкаянный…

Любаша присела на длинную скамью, стоящую у стены и прижалась к ней спиной. На душе было тяжело, потому, что слова Шакса затронули какие-то струны в ее душе. Простушка. Глубоко вдохнув, она тихо запела, освобождая сердечко от невыплаканных слез:

- Я могу тебя очень ждать,

Долго-долго и верно-верно,

И ночами могу не спать

Год, и два, и всю жизнь, наверно…

Пусть листочки с календаря

Облетят, как листва у сада,

Только знать бы, что все не зря,

Что тебе это правда, надо…

Я могу за тобой идти

Сквозь трущобы и перелазы,

По горам, без дорог почти,

По пескам, по любому пути,

Где и черт не бывал ни разу…

Шакс удивленно прислушался к этому приятному, мелодичному пению.

- Продолжай, пожалуйста.

Через минуту молчания голос Любаши опять полился звенящим ручейком, тревожа его темную сущность.

- Все пройду, никого не коря,

Одолею любые тревоги,

Только знать бы, что все не зря,

Что потом не предашь в дороге.