Сварогов

-- Mon ami!

Я скромнее Далай-Ламы

И не ужинал, пойми!

Вы, Картинка, милы были...

Ножек тем не утомя,

Протанцуйте, как в кадрили,

С кавалерами двумя!

-- С вами? Пятую фигуру?

Я готова! -- О, merci!

Я за ваc божку Амуру

Помолюсь на небеси! -

Сольский рек: - Моя голубка,

Нацедите нам кларет.

Осушаю нектар кубка

За Иветт, Минетт, Лизетт!

ХХХIII

-- Пью в честь женщин, пью в честь милых,

Если честь у милых есть! -

Поспешил, пока был в силах,

Дмитрий тост свой произнес. -

Пью за Bеpy и Софию,

И за Юлий двух я пью,

За Марину и Марию

И за Лидию мою!

Пью за Анну, Лизу, Нину,

Пью за Нину с Анной вновь,

За Татьяну, Антонину,

За Надежду и Любовь! --

Все хмельней идет попойка

И кружится голова.

Двух приятелей мчит тройка

От Кюба на острова.

XXXIV

Хороши в часы свиданий

Зимний ветер, быстрый бег...

Лунной ночью мчатся сани

И в лицо бросают снег.

Над Невой широкой, белой,

Славно вихрем пролететь,

В шубке стан рукою смелой

Обнимать и ручки греть,

И в отдельном кабинете,

Залетев на острова,

Провести в тепле и cвете

Час веселый, много -- два.

Славно пить Клико с мороза, -

Сев уютно на диван

Но ведь это только проза:

Сердце пусто, пуст карман!

XXXV

С дамой здесь подчас неловко:

Этот грязный кабинет,

Ресторана обстановка,

Откровенный туалет...

Зеркала здесь отражали

Сцен пикантных целый ряд,

Эти стекла, как скрижали,

Много надписей хранят.

Здесь начертаны алмазом

Берт, Амалий имена,

Изречений бойких фразам

Корректура не дана.

Вот в тумане отдалений

Уж горит Крестовский сад,

Все в снегу деревьев сени,

Островов белеет ряд.

XXXVI

В зимний день и в полдень лета

Хороши вы, острова!

И одета, не одета --

Все красавица Нева!

В белоснежном пеньюаре,

В серебристой наготе,

Ты француженке Луаре

Не уступишь в красоте.

Я дивлюсь извивам гибким

Прихотливых берегов,

Летней зелени улыбкам,

Легким кружевам снегов.

И, подобно перлам утра,

По лазури голубой

Облака из перламутра

Пролетают над тобой!

XXXVII

Но едва звезда Венеры

Осияет небосклон,

Нет твоим проказам меры,

Островов нарушен сон.

Тайны смело обнаружив,

Ножкой вдруг ты честь отдашь,

Из батиста, лент и кружев

Новый нам открыв пейзаж.

Раздается шансоньетка,

С перезвоном бубенцы,

По Неве всю ночь нередко

Гул идет во все концы.

Там раздолие цыганам,

И в Неве бывал пример,

Что течет в веселье пьяном

Не вода, а ""Редерер"".