Селфи с судьбой

– Я сначала был аспирантом, – согласился он, плохо соображая, о чём она говорит.

Длинные пальцы с розовыми ногтями забрались в рукава его футболки и погладили кожу внутри рукавов.

Илья Сергеевич представить себе не мог, что руки и плечи – это такое опасное место!.. В голове всё заволокло красным туманом. Он видел красный туман, а больше ничего не видел.

Агния прижалась к нему ногами и грудью, он перехватил её под спину и стиснул. Она откинула голову и укусила его в подбородок.

– Ну и ладно, – сама себе сказала она.

– Слово? – переспросил он.

Он чувствовал её колени, обтянутые тонкой шерстью платья, и довольно полные бёдра со всеми выпуклостями и мечтал поскорее до всего этого добраться.

…Это не может быть роман. Все романы начинались одинаково. Никакого красного тумана, боли в затылке и желания раздирать одежды. Просто некий физиологический процесс – так положено, и положено, чтоб процесс доставлял удовольствие.

"…Нет, это не роман.

– Я дала себе слово, что год буду одна. И тут подвернулся ты.

– Всегда кто-нибудь подворачивается.

Она засмеялась и бедром провела по его джинсовым ногам.

Илья подхватил её, прижал и слегка приподнял над полом. Она была довольно тяжёлая и очень горячая.

Они упали на кровать, которая вздрогнула и застонала, и спешно и отчаянно раздевали и гладили друг друга, и он всё никак не мог оторваться от ёжика её волос и от её острого малинового вкуса.

Она то ли боролась с ним, то ли старалась им завладеть, делала что-то особенное, отчего красный туман у него в голове не только густел, но и раскалялся, как плазма. И можно было прикинуть температуру плазмы, но он совершенно забыл, как это делается, и забыл, зачем вообще нужна температура плазмы.

Они прижимались друг к другу в необъяснимом исступлении, набрасывались друг на друга, и невозможно было понять, что они делают – мучают или развлекают друг друга.

Он победил, конечно. В тот момент, когда и должен был победить. Она сдалась.

И в этот момент объяснилось то, что было необъяснимым, – исступление, жажда, мука.

Никакого извлечения физиологических удовольствий!.. В его победе было поровну усилий тела и души.