Суворовец

Раз уж сам Рауль Мустафа-бей там объявился. Да хозяйка, еврейка эта фальшивая – тоже особа подозрительная весьма.

Обещанной должности начальника полковой разведки Ляшин пока что так и не получил, важными шпионскими делами – контрразведкой! – занимался тайно, чтобы никто не знал. «Взводом» своим больше не командовал, хотя с друзьями встречался – и с Никодимом Иванычем, и с Прохором недавно ходили на реку рыбу ловить. Заодно смотрели, как шанцы с редутами роют да укрепляют. Споро работа шла, этак неделя-другая, и можно будет пушки поставить.

Хорошо-то хорошо… Да что же тогда господа шпионы удумали? Как они еще обороне навредить могут? Главную башню взорвать – ну да, вряд ли, тут уж Александр Васильевич прав. Ну, а если – не главную? Какое-нибудь прясло или редуты? Да и вообще, в городе панику посеять – почему бы и нет? Ч-черт, хорошо получилось с Бояной – как в воду глядел! Повезло – иначе и не скажешь. Или просто Бог благоволит, так ведь тоже случается.

Для всех – поручик Ляшин был прикомандирован к полковой канцелярии – «присутствию», докладывал об устройстве вызнанных им турецких дел.

– Э, давай-ка ужинать будем, да, – вежливо постучав, хозяин заглянул в дверь. Небольшого ростика, смуглый до черноты, жилистый, с большим крючковатым носом и костистыми бровями, он чем-то напоминал гнома или тролля.

– Ужинать? Охотно, дядюшка Харитон.

– Рыба сегодня у меня… Ох, какая рыбка! А к рыбе-то – и вино имеется!

– Еще и вино? Ну, дядюшка, вот и славно.

Сели на улице, в летней кухоньке – ну, а что в душном доме сидеть. Чай, за день-то нагрелся на солнышке ого-го!

Как и в больших домах – конаках – кухня располагалась снаружи, во дворе, а вместо бань имелось место для омовения – гуссулха-нэ, если по-турецки.

Соломенная крыша, веранда, пара тенистых смоковниц во дворе – что еще нужно-то? Тем более Бог гостя послал – для беседы.