Суженая

Если бы не его желтые звериные зрачки, превратившие добрую улыбку в кровожадный оскал, я бы обязательно ему поверила.

— Не бойся меня, — хрипло попросил МакГрегор. осторожно прикасаясь к моим волосам… гладя своими жесткими ладонями мои плечи, руки, шею…

— Милена. ты моя законная жена, — медленно, стараясь не пугать. протянул оборотень. — Ни один горец не обидит свою суженую….

Рука скользнула чуть даже, отбирая у меня край пледа.

— …которую ждал вечность.

Мужская рука слегка приспустила плед, обнажая одно плечо — и (о, ужас), даже грудь.

Я, было, хотела дернуть плед обратно — чтобы запахнуться назад, но МакГрегор удержал меня от этого.

Его рука, чертя невидимые глазу узоры на моей коже, продвинулась дальше — к вершине груди.

Жесткая ладонь должна была царапать кожу, вызывая неприятные ощущения, но на самом деле это было даже…

…приятно.

Ужасно распущенно, недостойно воспитанной девицы, но — приятно.

Странно только, что сама вершина груди, несмотря на жаркий летний день. вдруг сморщилась — как обычно бывало лишь после купания в холодной воде.

МакГрегор отчего — то довольно ухнул — и я, подняв на него растерянный взгляд. замерла, поражённая тем торжеством, что читалось сейчас в его взгляде.

Взгляд оборотня горел, его рука по хозяйски трогала моё тело, а я… я словно онемела, борясь между брачным долгом (жена обязана подчиняться мужу) и тем воспитанием, которое я получила в замке графини (хороший муж приходит в спальню жены ночью и никогда не остаётся там до утра).

— Пожалуйста….

"Рука МакГрегора замерла, оставшись лежать на моей груди.

— Милена. — прохрипел оборотень. — Мы женаты.

— Сейчас день, — возразила я, припоминая все уроки леди Джейн. Если они были хороши для девиц, то должны были быть так же хороши и для их мужей, не так ли?

— Мы обвенчаны по вашему обычаю

— Мужья уважают своих жен, — упрямо возразила я.

— Даже не могу себе представить насколько, если даже это невинное касание запрещено, — фыркнул МакГрегор, но руку всё же убрал.

Я быстро запахнула на себе плед.

Желтые глаза, — которые так и не стали человеческими — внимательно и строго смотрели прямо на меня.

— Собирайся, скоро выезжаем, — произнёс супруг, вытягивая перед собой руку…. и из тьмы, окутавшей его ладонь, появился поднос с завтраком.

Кружка взвара и большой ломоть хлеба с сыром.

— А… вы. ты? — спросила я, когда стало понятно, что еды на подносе ровно на одного человека.