Суженая

Но я ведь не об этом мечтала. Совсем не об этом….

Сделав ещё один шаг, я оказалась возле сестёр.

— Мили, — заплакала Маргарет, мимолётно коснувшись рукой к моей ледяной ладони. — Сестричка…

Я чувствовала, как рыдания подступают близко к горлу, и нет никакой возможности их сдержать.

— Мегги…

— Прекратить, — обернувшись, зашипел отец.

Глаза оборотня опасно вспыхнули чернотой.

Сглотнув от страха, я сделала шаг, ещё один…

Неужели это всё? Неужели мне предстоит разделить свою жизнь с этим мужчиной — оборотнем?

Или?

Наверное, графиня и леди Джейн всё же не до конца выбили из меня своеволие и свободолюбие, потому что я всё же попятилась назад, готовясь сбежать — но тут сам оборотень, подавшись вперёд, взял меня за руку.

Моя холодная ладонь в его горячей руке.

— Попалась, — хрипло произнес мужчина, подводя меня к алтарю. — Начинайте. святой отец.

Отец Джосеф, прокашлявшись, тут же приступил к церемонии.

Я слышала хорошо знакомый голос старого священника, слышала слова, которые он говорил — но смысл слов словно ускользал от меня, оставляя ощущение какой — то пустоты вокруг.

Наконец, отец Джосеф кивнул моему жениху.

Я ожидала, что мужчина сразу же начнёт повторять слова клятвы за священником. но чужак молчал, создавая ещё большее напряжение в церкви.

Подняв взгляд на оборотня (почему же он медлит?), я тут же попала в капкан нечеловеческих желтых глаз.

Хотелось убежать, спрятаться — но я послушно стояла у алтаря, смело глядя в глаза тому, кто меня выбрал.

Усмехнувшись, оборотень смахнул не до конца высохшие слезы с моего лица — и его звучный, немного хрипловатый голос раздался под сводами нашей часовни. произнося брачную клятву.

А затем наступил мой черёд.

— Мили, повторяй за мной, — попросил отец Джосеф. — Я. Милена Стивенсон, дочь лорда Уильяма Стивенсона отдаюсь тебе, Лиаму МакГрегору, вождю горного клана. в законные жены и обещаю во всём тебе повиноваться

— Я. Милена Стивенсон, дочь лорда Уильяма Стивенсона, — послушно повторила я за священником, запнувшись на второй части фразы.

"Это не было похоже на привычные брачные клятвы: я не брала в мужья чужака, я — отдавалась ему в жены…

Замолчав, я испуганно посмотрела на священника.

— Отец Джосеф, — тихо прошептала я, — но ведь тут должны быть другие слова.

Чужак, хмыкнув, положил тяжёлую ладонь мне на спину — даже через ткань платья обжигая своим прикосновением.

— Повторяй, — велел оборотень. — Так всегда клянутся наши жены.