Суженая

 — Что ты здесь делаешь?

— Гуляю, — пожала плечами девушка. — Так вы покажите мне вашего зверя?

Дункан усмехнулся.

— А с каких это пор, ты, девочка, стала понимать язык оборотней?

Милена прикусила язык — но было уже поздно."

"— Это зелье… зелье, которое сварила для меня наша ведунья, — призналась девушка.

Дункан же рассмеялся.

— Миледи, не существует зелий, которые позволяют людям понимать нас. Все дело в строении тела — и поэтому…

Дункан вдруг вскинувшись, посмотрел на свою невестку.

— В тебе течёт наша кровь!

— Что? — испугалась и даже попятилась Милена.

— Это единственная причина, по которой ты можешь понимать нас. Ты одна из нас.

Вожак клана Грейги усмехнулся.

— Надеюсь, это поможет тебе как — то принять и простить своего мужа.

Ни говоря ни слова больше, Дункан тут же стал оборачиваться, полностью принимая форму волка.

Милена тут же охнула, прижав ладонь к раскрытому рту.

Зверь был ужасен.

Когда — то черный огромный волк теперь выглядел жалко: с полностью голыми боками, покрытыми твёрдой коркой, с бельмом на одном глазу и частично порванной пастью, он казался больше поднятым из земли умертвением, а не живым существом.

Ощерившись, зверь обратился назад в человека.

— Зверь не хочет жить без своей суженой, — тихо произнёс Дункан. — Лиама ждёт тоже самое, если ты, в конце — концов не примешь его.

— Нет, — испуганно воскликнула девушка, попятившись назад, — нет…

И тут же позади неё открылся портал, откуда выскочил разгневанный Лиам.

— Дункан, если ты чем — то напугал мою жену, — зарычал было Лиам, но его фраза оборвалась сразу после того, как Милена буквально повисла на нём, обняв его за плечи.

— Что случилось, милая? — прижимая к себе трясущуюся девушку, ласково поинтересовался МакГрегор. — Этот гадкий оборотень напугал тебя?

— Да, — кивнула Милена и тут же замотала головой. — То есть, нет. То есть ты знал, что его волк погибает без суженой? Ох, Лиам!

Мужчина, всё так же нежно прижимая к себе девушку, взглядом показал Дункану, что ему пора удалиться.

— Я всё слышала, Лиам, — тем временем заплакала Милена, — Я слышала, что ты говорил Дункану про своего волка.

— Я не должен был давать ему волю, — покачал головой МакГрегор. — Мой поступок всё испортил.

— Нет… — тут же возразила Милена. — Никто из нас не всесилен. И у тебя тоже есть слабости.

Это было прощение.

Обняв покрепче жену, Лиам зарылся лицо в её волосы.

— Мир? — поинтересовался МакГрегор.