Суши с хлебом (СИ)

А когда придут холода? Осень, зима… Что со мной будет? Долго ли я смогу прятаться в деревнях, от людей? Долго ли смогу прожить на те деньги, что украла из сейфа отца? А когда они кончатся, куда я буду двигаться дальше? И как? Стоит мне только устроиться на работу по своим документам, как меня в ту же секунду вычислят. И я не знаю, что со мной сделает отец, когда найдёт.

Может, он был в чем-то прав, когда говорил, что для девушки главное — удачно выйти замуж? В конце концов, глядя на себя в нынешних условиях, я понимаю, что шанс выжить без отца, его денег и влияния, у меня есть только в том случае, если я выйду замуж за ещё более богатого и влиятельного человека, чем мой отец.

Именно к этому он меня, кстати, всю жизнь и готовил. И сестру мою тоже.

Впрочем, удачно выдав замуж мою сестру, он не был готов, что в один из дней её муж откажется финансово помогать бизнесу отца. А причина в том, что сестра не может забеременеть.

Или не хочет. Я знаю, что она не хочет. Принимает тайно контрацептивы, а мужу говорит, что не получается.

Но при этом продолжает упорно делать вид даже передо мной, что у них всё хорошо. Просто ей будет спокойнее, если их с мужем будет только двое.

Возможно, согласись я выйти замуж за предложенного папой старика, я бы тоже научилась хитрить и изворачиваться, в попытках получить как можно больше комфорта и выгоды от нежеланного брака. Но мне даже в мыслях представить тошно, что я скажу какому-то деду «да», а потом лягу с ним в одну постель. Уж лучше оставаться в этом сарае, рискую быть съеденной мышами и кучей насекомых, которые могут здесь обитать, чем под боком у толстого старикашки.

Своего «принца» и своё «долго и счастливо» я представляла совсем иначе.

Утерев выступившие слёзы, я разблокировала экран телефона и залезла в ленту свежих новостей. Информации о том, что я пропала или меня ищут, нигде не было. Абсолютная тишина.

Зная папу, он, скорее всего, ищет меня, пользуясь внутренними каналами и связями. Он не станет показывать публике, что из его с виду идеальной семьи кто-то будет спасаться бегством.

Прямо сейчас он наверняка втихую переворачивает город, разыскивая меня. Когда скрывать уже будет невозможно, и у людей появятся вопросы, они с мамой разыграют убитых горем родителей и попросят помощи у общественности. Конечно, их пожалеют, помогут, на камеру снимут счастливое воссоединение семьи, а затем неизвестно чем бегство обернётся для меня за закрытыми от журналистов дверями особняка.