Супружеский долг

Когда Эмма почувствовала, что больше не может, что сейчас в его руках разобьется на тысячу осколков, выдержка покинула доведенного до предела Эмори. Он высвободил обе руки и мягко опрокинул ее навзничь. Она ощутила, как приняла ее постель, а затем муж навис над ней, как в первую брачную ночь Рот его вновь яростно завладел ее губами, и мощным толчком Эмори вонзился в нее.

Глаза Эммы широко распахнулись. Его вторжение, казалось бы такое же, как тогда, теперь потрясло ее до глубины души. На этот раз его движение не причиняло боли, а принесло невыразимое наслаждение.

Глава 8

Эмма медленно открыла глаза. Простыня окутывала ее до талии, оставляя открытыми грудь и плечи, на которых виднелись легкие следы их страсти. Она залилась румянцем при воспоминании о прошлой ночи и заулыбалась при мысли о том, сколько выпила эля и травяных отваров, чтобы смягчить муки соития.

— Почему ты улыбаешься, жена?

Покосившись на него, Эмма вспыхнула еще сильнее: муж лежал на боку и наблюдал за ней. Интересно, долго ли он разглядывал ее спящую?

— Я раздумывала над тем, что теперь мне понятно, почему у некоторых женщин так много детей, — призналась она.

Самодовольная улыбка тронула губы Эмори. Он хохотнул низким звучным басом, и рука его накрыла ее грудь.

— Тебе нравятся мои прикосновения?

Его уверенный тон задел Эмму, и пыл ее несколько поостыл.

— Да, — сдержанно ответила она и, выждав минуту, приторным голоском добавила: — Как жаль, что мой первый муж не смог заставить себя исполнить супружеский долг.

Эмори замер на миг и, приподняв голову, пронзил ее внимательным взглядом, прежде чем она успела скрыть свое торжество. Чуть прищурившись, он пристально всматривался в ее лицо, а сам продолжал нежно сжимать ее грудь. Затем с той же ястребиной быстротой рука его скользнула вниз, и, раздвинув ее бедра, он проник в тесное лоно.

Эмма ахнула, плотно сжала ноги.