Супергерой для Золушки

Как вспомню того Шалтая-Балтая, аж рука сама к валокордину тянется. — Обернулась, грозно зыркнув на меня. — Надеюсь, ты не ходила к этой кобре на свадьбу?

Облизнула губы, подошла ближе и, не боясь, промочить одежду, обняла бабушку.

— Ходила. — Оторвалась, поцеловала в обе щеки и поспешила обнять стоящую рядом Семеновну. — Мы с Артемом вместе ходили.

— Хм… — Бабуля довольно улыбнулась, затем покосилась на хохочущую подругу. — Слышь, Семеновна, забыла, что врач тебе сказал, когда протезы ставил? Улыбаться, но не хохотать.

— Ой, — та виновато прикрыла рот рукой. — Точно.

— Ну, и как там эта змея поживает? — Поправляя лямки купальника, спросила бабуля.

— Обвивает Альбертика кольцами все плотнее и плотнее. Скоро начнет глотать и переваривать. — Усмехнулась. — Или ты про Андрея?

— Про него родимого.

— Ну… — Тяжело вздохнула и почувствовала, что Артем взял меня за руку. Заметила, как взгляд бабушки, отметив это, моментально стал по-лисьи хитрым и довольным. — Мне нужно очень много всего тебе рассказать…

— Хорошо, — согласилась она, — пойду, переоденусь, а вы пока кидайте жопы на скамейку в холле и ждите.

И выпрямившись в тростинку, натягивая кончики пальцев ног, бабуля промаршировала в раздевалку. Если бы не морщинистая кожа бывшей синхронистки и не символика дома для престарелых «Белая Лилия» на стенах, мы бы точно подумали, что находимся на соревнованиях, и сейчас нас ждет фееричное парное выступление, ведь Семеновна шла бок о бок с ней точно такой же горделивой походкой юного лебедя.

* * *— Ох, Наташка, Наташка.

Мы стояли, прижав носы к стеклу, и наблюдали, как за ним мерно вздымается грудь спящей. Вверх-вниз, вверх-вниз.

— Не волнуйся, я сделаю все, чтобы вымести этих паразитов из нашего дома. И как можно быстрее. — Погладила ее по спине.

"Бабуля покачала головой и закрыла глаза. Навалилась лбом на стекло. Она прекрасно понимала, что «как раньше» уже не будет никогда. Той семьи, что была у нас когда-то, уже не вернуть. Нельзя собрать осколки, склеить и забыть, ведь трещины всегда будут напоминать о том, что чаша однажды уже была разбита.

— У меня здесь друзья, работа, — тихо произнесла она.

— Семеновну мы заберем себе, тебе не придется ее бросать.