Рыжая помеха

Девчонка только-только перестала быть целкой, у нее там все больно, наверняка. А я еще и нихера не маленький. Шутка ли, такую дубину — да в живого человека… Да в первый раз. Удивительно, что ей понравилось. Невозможно.

Так что я хотел свалить по-тихому, когда заснет.

Ну а чего?

Не объясняться же с ней? О чем? Рассказывать, какого хера я все же приперся, о чем говорил с Красом, и зачем я вообще с ним об этом говорил… Интересуюсь этой темой? И все, привет тебе раскрытие агента. Васильич порвет.

А так… Ну мудак, да.

У нас все было по согласию, и есть у меня мысль, что именно мой член Светочке и нужен был сегодня. А вот все остальное — вряд ли. Не верю я, что рыжулька в меня влюблена до потери пульса и теперь жениться заставит.

Не то, чтоб я был бы сильно против, хотя генерал ФСБ в качестве тестя — это вполне заслуженная кара за мою жизнь разгульную, но все же надо хоть немного реальность осознавать.

Такая девочка, как Светочка, вряд ли хочет от меня что-либо серьёзнее необременительного траха.

Она его получила. Кайфанула даже.

На этом все? Да?

Мысль неприятная, но вполне логичная. Правильная.

Потому намерение мое свалить, пока принцесса спит, тоже было правильным. Вот только невыполнимым.

Потому что в душе мы со Светочкой не только помылись, конечно."

"У нее очень сладкие губки, они роскошно смотрелись на моем члене. А сама она была невозможно вкусной, когда кончала от моего языка.

Короче, мы выползли из душа и свалились спать.

И я позорно вырубился. Не, нихера не разведчик.

И вот теперь, стоило пошевелиться, как рыжулька закатилась мне под бок, мешая спустить ноги на пол…

А потом я уже и сам этого не захотел делать.

Светочка лежит передо мной, тонкая, неожиданно фигуристая, в пышной оттопыренной попкой, извивающаяся, как кошка в охоте. И мурлычет: «Макс, Макс, Макс…».

Не, ну вот скажите, какой нормальный парень от этого уйдет?

Я веду языком вверх, отслеживая и обцеловывая каждый ровненький позвонок, и Света вздрагивает и стонет, руки вытянуты перед собой и комкают простынь…

Выше, под лопатками, чуть-чуть прикусить.

Выше, к затылку, трогательно подставленному под мои укусы. Член уже давно настолько готов, что даже больно.

Мысль о защите приходит не вовремя. Презерватив есть, но где-то далеко, остановиться сейчас — никаких сил.

Веду пальцами по промежности и стискиваю зубы. Мокрая и горячая.