Страж. 3 книги

И улица моментально заполняется дворцовыми гвардейцами! Лошадь ловят под уздцы, Нури моментом ссаживают на землю и, подхватив под руки, затаскивают во двор. Разгружают телегу и заносят назад купленное вооружение.

Оцепеневшие и словно бы приросшие к земле городские стражники недоумённо смотрят на происходящее. Похоже, что до них только что дошло — что-то не то… не так!

А из дверей моего дома, выходит сам полусотник.

Начальник дворцового караула строг и величествен.

Не глядя, он величественно опускается на подставленный стул.

Снимает шлем и некоторое время пристраивает его на колене.

Потом поднимает голову и пристально смотрит на покупателя.

— Вы — Мату Нури. Проживаете в Кузнечном квартале, собственный дом. Так?

— Э-э-э… — тот ещё не до конца врубился в происходящее. — Но… ваша милость… что происходит?!

Стоящий позади гвардеец лениво отвешивает ""покупателю"" подзатыльник — и речь того сразу же становится более связной.

— Да, ваша милость, это я!

— С какой целью и для кого вы приобрели доспехи и вооружение дворцовой стражи? Не советую увиливать — ваши слова слышало сразу несколько человек!

И вот тут до него дошло…

Как там было написано в одной старой книге?

""Если бы, опосля удара кулаком, из каждого кулака вылетало бы по десять пудов хлеба — то я всю бы жизнь только и делал, что ходил бы и вдарял!""

Надо было видеть господина гильдейского советника… Я даже пожалел, что подобную операцию можно было провернуть лишь единожды!"

"Когда у него перед глазами замаячила нешуточная перспектива стать подозреваемым в деле о покушении на королевского наместника — и откуда только что взялось! И красноречие появилось, и соображалка заработала…

Дядя моментом смекнул, что лично для него это может иметь весьма неприятные последствия.

Когда ему подробно — и по полочкам, разложили все обстоятельства и возможные перспективы, присовокупив, что посещения подозреваемым его дома зафиксированы свидетелями, мужик тотчас же открестился от своего доверенного лица. Мол, знать ничего не знаю, никому ничего не поручал, а этот деятель даже и меня о чём-то подобном расспрашивал — но был с негодованием послан.

— И вы не донесли о столь подозрительной просьбе? — сухо интересуется проводящий дознание гвардейский десятник.

— Э-э-э… ну… я просто не воспринял это всерьёз! И в самом деле — просить доспехи дворцовой гвардии — да ещё и после столь возмутительного покушения на его светлость, нормальному человеку это и в голову не придёт!

— Угу… — качает головой дознаватель.