Стоунхендж

Они были бы счастливы держать нас в объятиях, защищая от жестокого мира, но их руки постепенно слабеют.

Да, так же глазами ответил он. Зато сильнее стали мои. Теперь это мой долг их охранять, защищать от жестокого мира, дать возможность чаще бывать в том мире, где мы все находим счастье и утешение...

— Как мама? — спросил он хриплым голосом, в котором все еще стояли слезы.

— Ждет. Она... нездорова."

"— Что с ней? — встревожился Томас. Сердце в страхе сжалось, как заяц под кустом при виде коршуна.

— Слабеет. Она жила надеждой на твое возвращение.

Сэр Торвальд покачал головой. Томас спросил быстро:

— Они... повенчались?

— Нет. Крижана заявила, что ее поведут к алтарю только в цепях. Сейчас там решают, что делать... Ну, родители, что выкручивают ей руки, братья, жених....

Томас, чувствуя себя непривычно огромным, обнял отца и дядю за плечи, пошел с ними через двор к раскрытым дверям замка. Оттуда уже выбегали с ликующими воплями дети, дворовые люди, челядь, повара, истопники.

Уже на крыльце сэр Торвальд спохватился:

— Дорогой сын, ты в чужих странах набрался и странных обычаев...

— Я?

— Ты не представил своих спутников, — напомнил отец. Его синие глаза с трудом оторвались от лица сына, такого мужественного и красивого, обратились к калике и Яре.

Томас виновато хлопнул себя по лбу.

— Прости!.. Мы настолько неразлучны, что когда ты обнимал меня, мне казалось, что обнимал их тоже. Это сэр калика, его зовут Олег Вещий.

Сэр Торвальд чуть наклонил голову.

— Будь гостем в нашем доме, сэр Олег. Здесь все к твоим услугам. И библиотека, которую натащил мой ученый брат... А кто эта юная леди?

— Боевой друг, — ответил Томас быстро. — Ее зовут Яра. Мы не однажды дрались спина к спине... А где сейчас МакИтра?

— Уехал к западному берегу. — Сэр Торвальд оглядел Яру, сказал неожиданно: — Она понравится твоей матери.

Широким жестом пригласил их в дом, где уже возбужденно метались слуги, с нижнего этажа донесся запах от разжигаемых очагов, там на кухне уже ставят котлы на печи, огромные кастрюли.

За обедом сэр Торвальд вспомнил:

— Да, я послал гонца к доблестному барону Стоуну. Там будут счастливы узнать о твоем приезде. Ну, конечно, не все. Сам барон понимает, что твое положение шаткое, а сыновья его тебя ненавидят и боятся... Зато это даст жизнь Крижане.

Томас торопливо кивнул.

— Да-да, конечно.