Столица беглых

Тот покосился на пристава. Мотовилов сказал:

— Зови, зови. Это коллежский советник Лыков, он приехал из Петербурга.

Шмугия заупрямился:

— За что арестовываете Бакрадзе? Он ничего такого не сделал!

— Никто его не арестовывает. Просто у господина Лыкова есть к нему разговор.

— Здесь?

— Найдется у тебя пустая комната? — уточнил Алексей Николаевич.

— Выгоню всех из чистой половины. Сей момент!

— Пришли туда Бакрадзе.

Лыков уселся у окна. Ему тут же принесли кружку «бергшлоса» и блюдце моченого гороха.

— Хорошее пиво? — перехватил сыщик полового, тоже кавказца.

— Нового завода, только вчера открыли. Вах, вкусное!

За дверью пристав бубнил, а Шмугия оправдывался. Ожидание затягивалось. Алексей Николаевич уже собирался рявкнуть, но тут из грязной половины вошел человек.

— Я Бакрадзе. Зачем меня искал?

Маз оказался высокого роста и еще более устрашающей наружности. Глаза жесткие, на щеке шрам… Прямо злодей из фильмы.

— Я — Лыков, служу в Департаменте полиции. Вот, читай.

Сыщик протянул бандиту свой полицейский билет.

— Теперь прочти еще вот это.

Алексей Николаевич показал свой открытый лист, подписанный Столыпиным.

— Усвоил?

— Ну, ты легавый из Питера. Дальше что?

Бакрадзе держался независимо. Всем своим видом он показывал, что не боится полиции.

— Разговор к тебе есть, секретный.

Туземец еще более подобрался:

— Валяй.

— От Иркутска до Петербурга пять тысяч семьсот две версты. Я проехал это расстояние не просто так. Начальство поручило найти укрытие, в котором прячутся беглые.

Бакрадзе слушал молча. «Крепкий орешек», — подумал Лыков."

"— Мы называем их номерами для беглых. И знаем, что они не пустуют. Вот недавно сбежали из Туруханска три поляка-револьверца и прибыли сюда, к братьям Родонай. А те перепрятали пшеков куда следует. Они там отдохнут, обзаведутся документами, а через месяц-другой окажутся в Варшаве.

— Ты зачем мне это рассказываешь?

— Сейчас поймешь. В Иркутской губернии ни одно большое дело не обходится без ведома и согласия Нико Ононашвили…

Бандит протестующе поднял ладонь:

— Я ему не подчиняюсь.

— Есть, но крупные дела, такие как номера, которые я ищу, под силу лишь ему. И братья Родонай из команды Нико.

— Продолжай.

— Ты с Ононашвили в ссоре, и мира между вами не будет. Теперь кто кого. Так ведь?

— Ну…

— Вот видишь, твое положение тяжелое.