Стихия боли

Несмотря на то что о реформе не было оглашено публично, тем не менее, командование военно-морских сил мгновенно уловило неприятный ветер перемен и приготовилось бороться с ним.

Главнокомандующие флотов не напрасно переживали — министр уже нашел тех, кому надлежало их заменить. Но озвучивать эту идею он благоразумно не стал, чтобы не устроить большую адмиральскую склоку.

«Они его не сдадут», — рассеянно вслушиваясь в звучавшие реплики, вновь подумал глава министерства ВМФ. В данный момент он находился под гнетом глубокого сожаления, адмирал Нильсон мог стать великолепным пробным камнем, сбивающим впоследствии куда большие фигуры.

Заседание высшего руководства военно-морского флота закончилось ничем, пришлось эту говорильню прервать, распустив собравшихся адмиралов. Выбрав подходящий момент, министр подошел к главнокомандующему Тихоокеанским флотом.

— Нам нужно побеседовать в приватной обстановке.

Грузный мужчина с большим морщинистым лицом и массивным носом походил на старого пирата.

— Это можно расценивать как приглашение к вам в гости или хотите напроситься ко мне?

«Старый пердун, маразматик, еще хорохорится», — так расценил дерзость старого моряка министр, но выражение доброжелательности не сошло с его лица.

— Нет-нет, я хочу пригласить вас в свой кабинет для неофициального разговора."

"Демократия имеет множество преимуществ для тех, кто стоит над серыми людскими массами.

— Если желаете, можем побеседовать прямо сейчас, — сменил тон адмирал.

— Желаю, — сухо произнес министр и первым двинулся по коридору в сторону личного лифта.

Разговор с главкомом глава министерства решил провести не в рабочем кабинете, а в своей личной комнате отдыха, все-таки беседа предстояла неформальная.

Когда адмирал разместился в удобном кресле, министр предложил:

— Что-нибудь выпьете?

— В это время я обычно пропускаю стаканчик-другой рома, — хмыкнул старый морской волк.

«Ну точно, пират, даже пьет пиратское пойло», — ухмыльнулся министр, рассматривая содержимое своего бара. Главнокомандующего он решил угостить стаканчиком кубинского рома, себе на дно пузатого бокала плеснул немного выдержанного бренди.