Стихия боли

Протерев глаза, Денис подполз к находящемуся в это время в секрете Парамонову и тихо спросил:

— Как дела на той стороне?

— Без изменений, — так же шепотом ответил прапорщик, опуская на землю прибор ночного видения. — Часовые, как и в светлое время суток, меняются каждые два часа.

— Значит, и мы своих планов менять не станем, — уверенно сказал Давыдов.

Четверо разведчиков, по-рачьи пятясь, сползли под холм. Оказавшись в тени, они смогли подняться во весь рост. Проверив свою амуницию, морские пехотинцы, как и сто лет назад пластуны, попрыгали, проверяя, не звенит ли в карманах какая-то безделица.

Шувалов и Ку-Клукс-Клан по-пластунски доползли до ограды из ровных рядов колючей проволоки.

Капитан подал знак рукой своему напарнику.

Капитан взглянул на циферблат своих «командирских» — до смены часовых оставалось несколько минут. Олег взмахнул рукой, подавая старшине одобрительный знак. Ку-Клукс-Клан тут же принялся перекусывать проволоку, через минуту «окно» в ограде было готово.

А вскоре появилась смена, двое часовых и разводящий. Караул прошел в нескольких метрах от залегших разведчиков.

Смена прошла быстро, и караульные не спеша удалились.

Разведчики выждали еще некоторое время, решив понаблюдать за передвижением часового, но тот с места не сходил, стоял неподвижно возле караульного грибка как вкопанный.

«Спит он, что ли?..» — в голове Олега промелькнула догадка, но теперь уже без злорадства.

Двое разведчиков проскользнули в «окно» и бесшумно двинулись в сторону по-прежнему неподвижного часового. Шувалов жестами показал Колеснику, как дальше действовать. Старшина понимающе кивнул и подобрался, подобно сжатой пружине.

В следующую секунду оба разведчика одновременно взвились вверх и обрушились на часового.