Стихия боли

"

"Вадим сидел на корточках перед «черным ящиком», который на самом деле был небольшим оранжевым шаром из высоколегированной стали, именно в нем находился самописец, фиксирующий параметры во время полета. На борту каждого современного самолета установлена пара самописцев — речевой и параметрический, где какой — могут разобраться только специалисты в лабораторных условиях.

— Вот, — кивнул на самописец Парамонов. Защитный футляр от мощного удара был расколот пополам, напоминая кокосовый орех, из которого вывалились скрученные мотки тонкой стальной проволоки, на которую заносилась информация.

Пока Денис раздумывал над ответом, за его спиной выросла ладная фигура проводника.

— Командир, очень интересную штуку нашел, пошли покажу, — без официоза доложил Чен.

Находкой вьетнамца оказалась часть кабины истребителя. Она была изрядно помята и покрыта толстым слоем сажи, но, тем не менее, узнать ее можно было без напряга.

Возле кабины собралась вся группа морпехов.

— Что и следовало доказать, — вздохнул Журило, смахивая с лица, покрытого камуфляжной краской, крупные капли пота. — Искать здесь больше нечего, а через неделю джунгли скроют все следы катастрофы густым зеленым покрывалом. Все, можем возвращаться с чистой совестью.

— Я не это имел в виду, — бесстрастным тоном проговорил проводник, подходя поближе к искореженной кабине. — Внутри нет пилотского кресла, оно катапультировано.

— Ну и что? — пожал плечами замполит Шувалов.

— Нет, — возразил Чен и положил руку на кабинную дугу. — Если бы патроны сработали, при ударе «фонарь» обязательно бы деформировался и его, соответственно, взорвало, здесь были бы следы бронестекла, а их нет. Значит, «фонарь» был сброшен раньше и летчики катапультировались до столкновения.

— Вумный, как вутка, — выразительно посмотрев на стоявших рядом старлеев, недовольно сказал Костя Колесник.

— Ну, в таком случае они могли катапультироваться где угодно, — не сдавался Олег Шувалов. — Даже над Таиландом, когда их самолет вышел из повиновения.

— Как бы там ни было, нужно искать, — подвел итог спецназовскому диспуту Денис. — Спускаемся к подножию, а уж потом будем информировать командование.

Больше говорить было не о чем, разведчики развернулись и гуськом двинулись вниз. Возле Давыдова оказался проводник и тихо произнес:

— Командир, я пойду вперед.