Стихия боли

Каждый такой элемент при взрыве мог с легкостью пробить двухсотмиллиметровую броню, таким образом, при попадании бомбетты даже самый современный танк превращался в груду металлолома…"

"«Ситуация, конечно, не боевая, и все-таки», — сама себе улыбнулась Серпень и положила рукоятку управления влево. «Тридцать третий» под ее уверенной рукой завалился на плоскость крыла и стремительно заскользил вниз. Через несколько секунд писк прекратился, истребитель вышел из зоны облучения корабельных локаторов. Теперь, чтобы засечь «сухой», следовало в воздух поднимать «Хокай», самолет системы АВАКС, радар которого видит гораздо больше, чем корабельные радары.

— Что такое, почему самолет исчез с экранов наших локаторов? — недовольно посмотрел на Леонида Пушкаря его величество.

— Попав в зону облучения корабельных локаторов, пилоты произвели противорадарный маневр, уходя от наблюдения, — сразу же догадался бывший летчик, про себя подумав: «Молодцы, девчонки, работают по-взрослому».

— Понятно, — важно качнул головой король и снова впился взглядом в амбразуру, опасаясь пропустить атаку российского истребителя…

Скрывшись от электронных «глаз» боевых кораблей за частоколом горной гряды, Наталья снова набрала высоту, направляя истребитель в сторону полигона.

— Света, мы на боевом, — по внутренней связи произнесла Серпень.

— Вижу, захват цели произведен системой наведения, — напряженным голосом ответила Болотина, а следом добавила: — Действуем по отработанной программе.

— Действуем, — подтвердила майор.

Работать по-боевому намного проще, когда все действия многократно отработаны за штурвалом тренажера. Набрав десятитысячную высоту, Серпень провела замысловатый противоракетный маневр. Палец левой руки вдавил клавишу отстрела тепловых ловушек.

От пикирующего истребителя взметнулся букет разноцветного салюта. Затем двухвостая крылатая машина молниеносно взмыла вверх и уже на форсаже рванулась по прямой.

Все собравшиеся в бункере, забыв об истребителе, который из «кобры» перешел в плоский штопор и через два оборота по-прежнему на форсаже унесся в сторону базы, замерли.

Каждый из стоящих у амбразур бункера, наблюдая за падением авиабомбы, которая на этом расстоянии походила на черную мошку, думал о своем.