Стеклянный дом

Когда я обнаружил его, он был уже мертв. Сделать все равно ничего было нельзя.

– И как вы поступили? – спросил Алекс.

Он буквально видел перед собой эту сцену. Ночь, темное небо. Хлещет дождь, видимость нулевая. Какую бы должность ни исполнял человек на корабле, пить в такое время никак нельзя.

– Я выбросил его за борт, – без малейшего колебания произнес Юхан и скрестил руки на груди. – Ни один человек на свете не стал бы его разыскивать. А мне позарез нужно было новое имя. Так что я бросил его в море. На следующий день мы вошли в новый порт, Сидней.

Никто из команды не хватился его до вечера, а я отсыпался после ночной вахты. Я сказал, что слышал, как он уходил из каюты в первой половине дня, однако не знаю, куда направился. А затем я наврал, что он якобы говорил мне, как ему нравится Австралия и что он подумывал сойти на берег и поселиться там. А это можно было осуществить только одним способом – сбежать. Ведь мы были повязаны жесткими условиями контракта.

– И вам поверили?

– А что им оставалось? – Юхан пожал плечами.

 – Два дня спустя мы покинули Сидней, капитан был вне себя от злости, называл Вальтера предателем. Никто не заявил его в розыск – все поверили в мою версию, что он сошел на берег в Австралии, чтобы начать новую жизнь.

Алекс медленно отложил ручку, которую держал в руке.

– Вы никогда не задумывались над тем, что поступили неправильно?

– Много раз. Будь у него родители или кто-то еще, кто переживал бы за него, я поступил бы по-другому."

"– У него были родственники, которые переживали за него, – горячо заговорила Фредрика.

 – В Голе у него остался дядя по матери, у которого больше никого нет и который до сих пор регулярно ходит в полицию и спрашивает, не удалось ли обнаружить его племянника.

Юхан посмотрел на Фредрику долгим взглядом:

– Поэтому вы спрашивали меня, часто ли я вижусь со своим дядей?

Она не ответила, молча разглядывала Юхана Альдрина. На кого же он похож, на мать или на отца? У него были большие глаза, как у матери, однако нос не ее. В отца? Или в соседа-подлеца?

– Почему так ужасно было быть сыном Теа Альдрин? Зачем вам понадобилось брать чужое имя?

– А, самый главный вопрос.

Юхан сжал руки, лежавшие на столе, размышляя, как ему продолжать.

– Вы слышали о книгах «Меркурий» и «Астероид»?

Алекс и Фредрика коротко кивнули. Скандальные книги были им хорошо известны.

– И я тоже. Их обсуждала вся страна. В школе все усмехались у меня за спиной. Говорили, что их написала моя гулящая мать. И что она больна на голову.