Стеклянный дом

Фредрике больше нечего было добавить, она закончила разговор. О чем еще солгал ей Спенсер? В представлении Фредрики, между ними никогда не существовало тайн. Полная открытость, всегда и во всем, на этом так долго держались их отношения.

Должна ли она немедленно отправиться домой? Бросить работу, чтобы поговорить с ним начистоту, вытрясти из него все, что он скрывает?

Ребекка Тролле.

Интуитивно Фредрика чувствовала, что Спенсер не замешан в этом деле. Его членство в клубе «Ангелы-хранители» продолжалось недолго, к смерти Ребекки это не имело никакого отношения.

Не может быть.

Этого просто не может быть.

Фредрика чувствовала, что совершенно выбита из колеи, не в состоянии говорить со Спенсером, пока разочарование по поводу его скрытности жжет ее изнутри, как огонь."

"Разыскав бумажку, которую ей дала Эллен, она набрала записанный номер. Председатель жилищного сове та ответил после второго сигнала.

– Я знаю, о какой квартире идет речь. Она была продана два года назад. Бывшую владелицу звали Хелена Юрт.

43Строго говоря, было еще утро, когда Спенсер Лагергрен пришел в паспортный отдел управления полиции на Кунгсхольмсгатане. Покосившись на Сагу в коляске, он подумал, что они находятся в двух шагах от Фредрики. Однако у него не возникло мысли подняться и навестить ее. Беседа с полицейским, который побывал у Эвы, напугала Спенсера. Если раньше его подозревали в сексуальных домогательствах, то теперь он стал подозреваемым в убийстве.

Вероятно, его подозревают даже в нескольких убийствах.

На радио и телевидении пышным цветом цвели неподтвержденные слухи, что в Мидсоммаркрансене якобы нашли еще один труп. Маловероятно, чтобы полиция подозревала бы его в одном убийстве и не подозревала в другом. Спенсер не знал, что и подумать; более всего ему хотелось, чтобы вся эта история оказалась дурным сном и он мог поскорее проснуться.

До него в очереди было четыре человека – авось он успеет сделать свое дело, пока не проснулась Сага.

Тревога отдавалась болью во всем теле, ощущение катастрофы нарастало с каждым днем. Он понимал, что с самого начала должен был поговорить с Фредрикой. Оказать ей истинное доверие, положиться на то, что она поверит ему.

Тревога перерастала в гнев.