Стеклянный дом

Кто был этот человек, пролежавший в земле несколько десятилетий? И которого никто не разыскивал.

Тут что-то не сходится.

Не бывает, чтобы человек пропал и никто этого не заметил. Просто не бывает.

Алекс сжал часы в руке. Он уже поручил отследить их историю.

– Узнай в часовых магазинах, свяжись с теми, кто занимается такими дорогими моделями. Постарайся выяснить, где они изготовлены и куплены.

Следователю было дано с собой несколько фотоснимков. Алекс надеялся, что тот скоро вернется. Если сами по себе часы не помогут, Алекс уже заранее принял решение обратиться в СМИ, опубликовать фотографию находки с просьбой откликнуться тех, кто их знает.

Позвонили из лаборатории по поводу найденных в том же месте ножа и топора. На них обнаружены следы крови, однако они очень старые. Едва ли эта кровь могла принадлежать Ребекке Тролле или неизвестному мужчине, однако точно утверждать нельзя. Алекс содрогнулся при мысли о еще одном трупе.

Он покосился на свои наручные часы. Петер уже должен был добраться до Упсалы.

Алекс вернулся к спискам телефонных звонков Ребекки. Через них привязать Спенсера Лагергрена к погибшей не представлялось возможным. Единственное, что у них было, – ее звонки на коммутатор Упсальского университета. А это, по сути, ноль.

"Никаких электронных сообщений от Ребекки Спенсеру также не удалось найти. Это, в свою очередь, нисколько не гарантировало, что сообщения не посылались, лишь доказывало, что они не сохранились.

Но если они звонили друг другу не более чем пару раз и не переписывались – как же они тогда поддерживали связь? Вывод мог быть и тот, что связи просто не было. И что Спенсер не имел к следствию никакого отношения.

Алекс молил Бога, чтобы так и оказалось.

Из мрака забвения снова выступил образ Густава Шёё.

Так вот каким путем они познакомились?

Эта мысль щекотала воображение. А вдруг они в сговоре – Шёё и Лагергрен? Обеспечили друг другу алиби, чтобы никого из них не заподозрили.