Старушка-молодушка и новогоднее чудо(вище) (СИ)

— Все то время, что его не было, он спал где-то в замке?

— Он хочет вернуть своего зверя, снова слиться с ним воедино и жить полноценным оборотнем.

— А где сейчас дракон? Я давно его не видела.

— Снег растаял. Нужно время, чтобы обрести новое тело.

Треща и поскрипывая, карета подъехала к замку. Встречать нас выбежала Люсиль и семья Олифа — единственные слуги, которых не удалось запугать или подкупить.

Вдвоем с кучером мы потащили спящего графа к распахнутой двери, из которой на ступеньки крыльца сочился теплый оранжевый свет.

За дверью оказалась рядовая спальня с широкой кроватью и задернутыми шторами. Вся ее необычность состояла в том, что здесь Реймон Марцелл прятался днем, когда становился беззащитен. Сюда он сбегал, чтобы рухнуть в беспробудный магический сон, вызванный проклятием.

Туда мы его и отнесли. Избавили от сапог и верхней одежды и удобно разместили  на мягких подушках.

— Это я его прокляла, — тихо призналась Лунет, когда все слуги вышли и только мы вдвоем остались у постели графа.

— Ты? — я резко повернулась к волшебной птичке. С болью и раскаянием она смотрела на безвольного хозяина замка.

— Меня душили обида и жажда мести. И в сердцах я загадала желание.

Боже, да что же случилось между этими двумя? Из-за чего Лунет была настолько сердита на графа?

Я не успела ни о чем спросить: то ли боясь осуждения, то ли пожалев о своем приступе откровенности, пернатая волшебница растаяла в воздухе.

Я еще немного постояла рядом с Реймоном, а когда собралась уходить, взгляд мой упал на черную маску на его лице.

Нет, Мария Львовна, даже не думайте.

Вы не имеете права.

Граф вам не позволял.

Снова и снова я одергивала себя, но рука так и тянулась к заветному платку. Это было выше моих сил. Сейчас, пока никто не видел, я могла наконец утолить свое жгучее любопытство.

Ладно, только одним глазком. Реймон не узнает.

Убедившись, что дверь закрыта, я нерешительно заглянула под плотную ткань.

Пальцы тряслись.