Старомодная девушка

– У меня большой опыт, – со смехом отозвалась подруга, усаживаясь возле подноса с видом почтенной матроны, что снова развеселило обеих сестер.

– Самая веселая вечеринка из всех, на которых мне приходилось бывать, – проговорила с набитым ртом Мод. – Жаль, у меня самой нет такой замечательной комнаты с птичкой и кошкой, которые дружат, и маленьким симпатичным чайничком. Живешь здесь себе отдельно и делаешь все что хочешь.

Заявление младшей девочки вызвало такой громкий взрыв смеха, что мисс Миллз услышала его из своей гостиной, а канарейка залилась трелью, позабыв таскать сахар из сахарницы.

– Ну, твой симпатичный чайник меня не слишком волнует, но я завидую твоему настроению, – меланхолично проговорила Фанни. – Мне в последнее время так все надоело, что, кажется, скоро умру от тоски. Признайся, Полли, признайся, с тобой никогда такого не бывает?

– Если случается, просто хватаюсь за веник, или за стирку, или хожу, пока не устану, или еще какую-нибудь работу делаю. Постепенно тревога меня оставляет, я беру над ней верх, – ответила Полли, отрезая от булки ровные ломти хлеба.

– Увы, мне нет нужды заниматься такими вещами, – напомнила Фанни. – Да и вряд ли работа меня успокоит. – Фанни лениво чесала кошечку, которая пыталась подобраться поближе к банке со сливками.

– Тебе чуточку не хватает бедности, Фан, – заметила Полли. – Просто чтобы понять, как благотворно влияет на всех нас работа. Убеждена, ты перестала бы сетовать на тоску.

– Да упаси боже! – ужаснулась подруга.

Она сказала это с такой досадой и горечью, с такой безысходной грустью на лице, что было ясно: ее постигла куда более тяжкая беда, чем всё, на что она сейчас сетовала. Полли не собиралась лезть в душу подруге, но твердо решила при первом удобном случае выяснить, в чем тут дело, и постараться помочь.

"– Как чудесно, что ты здесь, с нами. Я буду часто к тебе приходить, – словно прочтя ее мысли, проговорила Фанни совсем другим тоном.

Глава IX

Уроки

Первые недели самостоятельной жизни прошли для Полли с большими трудностями. Ей мешала естественная девичья застенчивость, ведь она общалась с множеством незнакомых людей и от этого вначале была близка к панике.