Старшина Империи. Часть первая

 — Только его можно устранить и посадить другого человека, который будет гарантом, а армия, она же подчинялась генералам, которые вдруг стали аристократами из различных родов, и влияние государя там было очень маленьким.

— Не понимаю, зачем он тогда полез во все это? Он же оказался бессильным перед лицом тех, кто в любой момент мог его уничтожить, если им что-то не понравится.

— Совсем как ты в твоем вопросе, да? — улыбнулся психотерапевт.

А действительно, в чем-то эта ситуация схожа с моим вопросом о контроле.

Светослав был один перед лицом монстров, и не так-то сильно он им был нужен."

"— Он хорошо понимал, что не может ничего контролировать, только предлагать, и искать пути для решения огромного количества вопросов, связанных, как с его жизнью, так и с империей. — продолжил Евгений. — Рюрикович, как змея извивался между аристократами, стараясь угодить каждому, делая вид, что его не интересует политика, ни одного вопроса он сам не решал, только с министрами.

Со стороны казалось, что Светослав играется в правителя, устраивает балы и парады, развлекается, как может. Такое положение дел сохранялось много лет, но он дождался, когда элиты разделятся на политические фракции по интересам, не будут монолитными в своих убеждениях, а некоторые, даже, станут откровенно враждовать друг с другом, и внес предложение о вассалитете на одном из заседаний аристократической законодательной палаты, которое и было принято большинством с огромным энтузиазмом. Не знаю, о чем они думали, возможно, о собственной выгоде, о надежных тылах, ведь за предательство господина вассалу грозило полное уничтожение, а может о том, что Рюрикович продолжает играть в солдатиков. Много плюсов для дворян было у этого предложения, один минус, кто согласится на вассалитет по своей воле? Но и это нивелировалось тем, что можно было сделать вассалом побежденного в войне родов. Поэтому и противников особенно не было, каждый уже видел, как его враг становится вассалом, а Светослав вносит новое предложение, предлагает каждому аристократу легально разрешить иметь собственную армию, так называемую гвардию рода, но с ограничением — один полк на одного представителя благородной фамилии, отменив тем самым старые законы федерации на частные армии. И снова согласие.