Средний возраст

 — Верно! А я совсем позабыл! И как только ты помнишь?

— Нашелся такой человек, что подсказал мне, — улыбаясь, ответил Ши Гань. — Ты ждешь кого-нибудь сегодня в гости?

— Нет, я никого не приглашал, но, если заглянешь вечерком, буду рад.

Ши Гань кивнул головой.

Когда Цяо Гуанпу вернулся после работы домой, стол уже был накрыт. Стояла бутылка вина и несколько рюмок. Значит, жена подготовилась к его дню рождения. Он уже собирался приняться за еду, но Тун Чжэнь попросила подождать.

— Я пригласила к нам Ванбэя, — улыбаясь, объяснила она.

— Больше никого?

— Никого.

Тун Чжэнь очень хотелось, чтобы муж и ее племянник помирились. Она воспользовалась случаем, надеясь, что рюмка вина сблизит старых врагов. Цяо Гуанпу понимал ее, хотя всегда считал, что истинная дружба и доверие рождаются не в застолье. Да и зла на Ванбэя он не держал. Но раз жена пригласила его в гости — пусть приходит.

Однако Си Ванбэй задерживался, зато пришли несколько старых ганьбу. Их визит был полной неожиданностью для супругов.

— Желаем долголетия имениннику! — приветствовали они хозяина дома.

— Проходите, гости дорогие. Рад вас видеть. Интересно, кто вам сообщил?

— Сами помним, товарищ директор. Не такая у нас короткая память, — многозначительно произнес бывший начальник административного отдела, по прозвищу Лысый Ван.

— На чью это короткую память вы намекаете? Не на мою ли? — усмехнулся Цяо Гуанпу.

— На чью же еще? Мы надеялись, что вы помните старых друзей. Но прошло целых две недели, как вы вернулись на завод, и что же? Никого не восстановили в прежней должности, никому не воздали по заслугам. То ли дело директор котельного завода Лю. Как пришел на завод, в первый же вечер собрал у себя дома всех старых ганьбу, напоил-накормил. Дело не в том, сколько было выпито и съедено, а в отношении к людям. На другой день он всех, кто пострадал, восстановил в должности. Вот о таком человеке можно сказать, что он помнит старых друзей.

Цяо Гуанпу изо всех сил старался не показывать виду, до чего его раздражают подобные разговорчики, — как-никак он хозяин дома, а эти люди — его гости.

— Скоро два года, как пала «банда четырех», а вы все помните о старых обидах, — ответил он.

— «Банда четырех» пала, но сторонников ее осталось немало, — отозвался другой гость. — Сейчас никого не увольняют, но и с восстановлением в должностях не торопятся.