Средний возраст

Что ж, всякое бывает!

Лу Вэньтин снова начала операцию и благополучно завершила ее.

Когда сестра переложила Цзяо на каталку, чтобы вывезти из операционной, вдруг раздался его голос:

«Доктор Лу!» Голос слегка дрожал, как у напроказившего мальчишки.

Лу подошла, наклонилась к его перебинтованному лицу.

«В чем дело?» — спросила она.

Цзяо протянул руку и, хватая вслепую воздух, поймал ее руку в перчатке и крепко пожал.

«Оба раза я доставил вам столько лишних хлопот, мне, право, очень совестно…»

Лу застыла на мгновение и, взглянув на перевязанное крест-накрест лицо, мягко сказала:

«Не волнуйтесь, отдыхайте, через несколько дней снимем швы».

Сестра увезла Цзяо Чэнсы. Лу бросила взгляд на стенные часы: операция, которая обычно длится сорок минут, на этот раз растянулась на целый час. Она сбросила операционный халат, стянула с рук резиновые перчатки и тут же потянулась за свежим стерильным халатом. Сестра помогла ей завязать сзади тесемки."

"«Начнем следующую?» — спросила Цзян Яфэнь.

«Начнем».

14

«Эту операцию уступи мне, а ты пока передохни — еще предстоит третья», — предложила Цзян.

«Нет, лучше уж я сама, — улыбнулась Лу. — Ты не знаешь этой девчушки, у нее поджилки трясутся от страха. За последние дни она немного привыкла ко мне и теперь не так боится».

Упиравшуюся Сяомань медсестра не привезла на каталке, а насильно волоком втащила в операционную. На девочке был большой, не по росту, больничный халат. Заупрямившись, она ни за что не хотела лечь на операционный стол.

«Тетя Лу, я боюсь, не надо операции, поговорите с мамой!»

Вид врачей и сестер в масках и хирургических халатах привел девочку в полное смятение. Сердце у нее бешено колотилось. Отталкивая от себя руки медсестры, она с мольбой бросилась к Лу Вэньтин.

«Постой, Сяомань, — ласково пыталась образумить ее Лу. — Ведь у нас с тобой был уговор, а? Будь умницей! Я сделаю тебе укол. Я же тебе обещала, что ты ничего не почувствуешь».

Добрый взгляд Лу Вэньтин успокоил ребенка, и, повинуясь чужой воле, она незаметно для себя оказалась на операционном столе.

«Ван Сяомань, будь послушной! Тут всем привязывают руки. Не шевелись, сейчас все кончится!» Делая анестезирующий укол, она пояснила: «Сейчас я делаю обезболивание. Теперь ты ничего не чувствуешь».