Средний возраст

Она взглянула в окно и объяснила:

— Это те, кого направили на строительство Заоблачного Особого района, собрались здесь перед отъездом!

— Как бы мне взглянуть?

— Ма, тебе разве можно вставать?

— Не волнуйся. Когда-то твоя мама вот так же собиралась в Заоблачные горы. Мне хочется посмотреть, как это происходит сегодня.

Дочь помогла мне, благо кровать стояла почти у самого окна. Я припала к стеклу и посмотрела вниз. На площади, на улицах — всюду, сколько хватало глаз, люди, флаги, машины, телеги, техника на грузовиках.

"Я смотрела, смотрела, и вдруг в глаза мне бросился рослый человек в старой армейской шинели, который произносил с грузовика, прямо под окном, речь перед шеренгами. Отделенная стеклом, я не слышала голоса, только видела энергичные движения руки. Золотистое сияние солнца ложилось на его лицо, наполняя его светом. Долго я вглядывалась в него, и руки мои задрожали, гулко застучало сердце.

Лицо мое пылало. Я прижалась к оконному стеклу и не мигая следила за Ло Цюнем. Он последний раз взмахнул рукой, выкрикнул какую-то фразу, и люди, флаги, техника — все пришло в движение.

Я следила, пока они не исчезли в дальнем конце улицы, и лишь тогда с трудом оторвалась от окна.

Заоблачные горы — моя юность, моя любовь, мое дело: все, все начиналось там, и все там же оборвалось! Неужели ничего не воротишь?

Меня неудержимо потянуло поднять голову и вновь взглянуть на улицу, но там уже было пусто, я горько улыбнулась и покачала головой.

Но с этого дня во мне загорелось желание съездить в Заоблачный район.

Прошло время, я выписалась из больницы. Был как раз канун праздника поминовения. Мне пока не надо было идти на службу. Я раздумывала, не сменить ли работу на более подходящую для меня, практическую, да и жизнь надо было устроить как-то по-новому. Все следовало начать заново. А сперва я решила съездить в Заоблачные горы. Положить цветы к могиле Цинлань, найти Ло Цюня, поговорить с ним, пусть хотя бы раз — мне довольно и этого.