Продана замуж

Ни капли. Неужели нажмёт на курок?

— Вот значит, как?

Распахиваю глаза.

Карим нахмурился, прищурившись. Напряжение в его руке, сжимающей рукоять ствола, нарастает до предела. Будто он сейчас ручку раздавит, так сильно сжимает. Как бы сжал своей мощной ладонью мою тонкую шею.

Хрясь!

И нет больше Софии Асадовой.

Дыхание мужчины становится глубоким, частым. На суровом лице, изувеченным гневом, играют опасные желваки.

Я вижу, как палец мужчины дёргается… Секунда превращается в минуту по степени ожидания.

Внезапно в дверь стучат.

Бам!

Я дергаюсь, сердце быстро-быстро вбивается в грудь мощными толчками. Думала, это был выстрел, но в комнате появляется охранник.

— Извините, господин, можно вас на минуту. Дело очень срочное.

Выругавшись, напрягая челюсти, Асадов, опустив пистолет, быстрым шагом летит к двери.

Хлопок.

На короткий миг я остаюсь в комнате совершенно одна и выпускаю судорожный стон, вместе с глубоким выдохом. По щекам скатываются тонкие дорожки слёз.

Этот проклятый день я не забуду никогда! Даже, когда умру.

Муж не стал мучить меня ожиданием. Он влетел в комнату как одержимый. С грохотом выбил дверь с ноги, заревев похлеще сирены.

— Значит, ты беременна? Отвечай!

Бах!

— А-а!

Вскрикиваю. Дёргаюсь. Судорожно дышу, широко открыв рот.

Мне конец? Да?

Колени трясутся, пол уходит из-под ног.

Но я не чувствую боли. Лишь убийственный страх.

А потом понимаю, что он промазал. Пуля попала в вазу, которая стояла на тумбе, позади меня.

Нет, не промазал. Намеренно так сделал. Демон играет, потешается над брошенной ему на растерзание жертвой. Ему в удовольствие упиваться чужим страхом и чувствовать, что он вправе управлять человеческими судьбами. Ведь для него люди — всего лишь игрушки.

Кому жить, кому червей в могиле кормить… решает лишь он.

— От меня беременна, а?

Карим становится таким разъярённым, что даст фору любому озверевшему медведю.

— От вас.

Узнал. Чёрт!

Охранники сдали. Тест наверно нашли.

Молиться бесполезно. Варвар всю шкуру с меня живём срежет.

— Я же сказал пить таблетки! Сука!

Бах!

Поднимает руку вверх и выпускает в потолок несколько пуль.

Я опять жмусь в комок, немо кричу, но крик горло с болью вспарывают.

— Я п-пила. Но так получилось.

— Ты доигралась!

Два шага вперёд.

Он хватает меня за шиворот, отрывает от стула, встряхивая в воздухе.